Книга Жена в наследство. Хозяйка графства у моря, страница 44 – Нина Новак

Смотрю ему в лицо, ищу подвох, но вижу только решимость и искренность. Серые глаза потемнели, на щеках играют желваки.

— Мой отец вернулся в образе лича, — произносит Натан, и мир вокруг качается.

— Я так и знала! — срывается с губ.

Малыш беспокойно шевелится, его огненная магия тревожно трепещет.

— Бог теней и иллюзий предупреждал об опасности. Ребенка хотят использовать…

— Мне понадобится твоя помощь, — Натан обхватывает ладонями мое лицо, говорит медленно, взвешивая каждое слово. — Но только чтобы обнаружить вместилище его души. Подходить к замку тебе не придется, Лиз. Я не позволю.

Руки дракона перемещаются на мою талию, и я чувствую жар его тела сквозь ткань платья.

— Мы должны объединиться. Я единственная защита для тебя и нашего ребенка. Понимаешь? Без меня вы оба погибнете.

Конечно же, я понимаю. Вот какая опасность мне грозила. Не просто лич в заброшенном замке, а отец Натана, охотящийся за моим малышом. За нашим малышом.

Но довериться Натану… Я не верю Саршарам. Разве не сам мой бывший муж твердил, что кровь ребенка плоха и может возобладать? Разве не сам говорил о проклятых предках Каренов и безумных Рейси, из-за которых боги отняли у драконов крылья?

Не прошло и нескольких лет, как они снова поднялись в небо, как вернули метки истинности. И вот опять Саршары мутят воду, хотят вновь сдвинуть мировой порядок, использовав мое дитя.

Натан словно читает мои мысли. Одна его рука поднимается выше, пальцы осторожно зарываются в мои волосы. Прикосновение такое бережное, что я на секунду перестаю дышать.

— Я знаю, тебе трудно мне поверить, — шепчет он, склоняясь ближе. Губы касаются моего виска — едва заметно, как дыхание. — Но я изменился, Лиз.

Его ладонь медленно проводит по моим волосам, и я невольно закрываю глаза. Он прикасается так, как будто я сделана из тончайшего стекла. Словно хочет,чтобы я привыкла к нему как к мужчине.

Но границы Натан не переходит. Не целует в губы, не пытается увлечь дальше. Просто держит, согревает, дает почувствовать себя защищенной.

И малыш… малыш вдруг успокаивается. Его огненная магия перестает метаться, становится ровной, теплой. Словно и он чувствует, что отец больше не враг.

— Хорошо, — выдыхаю, отстраняясь ровно настолько, чтобы посмотреть ему в глаза. — Я буду сотрудничать.

Рука инстинктивно ложится на живот. Материнский инстинкт вспыхивает во мне, как пламя. Я готова разорвать зубами любого, кто посмеет угрожать моему ребенку. Как же я ненавижу тебя, Бернар Саршар.

Сердце колотится так часто, что, кажется, сейчас выпрыгнет из груди. Близость Натана, его прикосновения, его взгляд… Я запуталась. Совершенно запуталась в том, что чувствую к нему.

Гнев еще не прошел. Обида тоже. Но есть что-то еще — притяжение, которое невозможно отрицать. И страх. Страх довериться.

— Мы муж и жена, — произносит он низко, и в голосе звучит что-то собственническое.

— Я не готова, — быстро говорю, делая шаг назад. — Нет. К этому я не готова.

Спина упирается в дверь, и некуда больше отступать. Натан не следует за мной, но держит взглядом. В серых глазах плещется что-то темное, хищное.

— Я буду добиваться тебя, — хрипловато произносит он, и каждое слово отдается дрожью в моем теле. — Долго. Медленно.

Его глаза горят, и я понимаю — это не пустые слова. Это обещание. Или угроза?