Книга Жена в наследство. Хозяйка графства у моря, страница 2 – Нина Новак

До чего же он зол на непокорную меня!

— Подпишите здесь, миледи, — обращается ко мне стряпчий, придвигая стопку документов. — Внимательно прочтите каждый пункт. Если что-то не устроит, перепишем.

Я молча беру бумаги и пробегаю глазами строки, четко напечатанные на плотной кремовой бумаге с водяными знаками. Выделяют мне самое необходимое — сумма содержания не впечатляет, но ее достаточно, чтобы не умереть с голоду.

Размашисто подписываю все документы, затем Натан оставляет свой витиеватый росчерк — даже в подписи чувствуется его властный характер.

— Теперь можно переходить к обряду разрыва уз, — вмешивается второй поверенный, поглядывая на карманные часы.

Ох, снова идти к Древу, возле которого мы заключали брак совсем недавно.

Признаюсь, у меня выработалось стойкое недоверие к этому волшебному растению — тем более что за ним стоят хитрые и враждебные Боги. Но другого выбора нет: ритуал необходим как очищающее действо.

Натан поднимается, и Мона тут же виснет на нем, напоминая макаку.

— Иди к себе, — велит он ей.

— Что? Но, Нат… — она смотрит на него огромными глазами.

— Иди. К. Себе, — рыкает он резко.

Мона кривится, словно от боли. Я думаю:вот за это она боролась? За такое обращение?

— Ты пожалеешь, Натан, — пафосно заявляет она, поднимая подбородок. — Ты играешь с волей самих Богов! — Мона выходит, громко и демонстративно хлопнув дверью.

Знакомый путь до храма я воспринимаю как во сне. Ноги словно налиты свинцом, но я заставляю себя двигаться. Рядом идет горячий, как печь, Натан, и я постоянно порываюсь положить руку на свой еще плоский живот.

Одергиваю себя.

Он не должен узнать о сыне. Не должен даже заподозрить, иначе нам с малышом несдобровать. Ребенок — мне отчего-то думается, что это мальчик — стопроцентно унаследует мою магию теней, а также огненный дар кого-то из предков своего папаши.

Опасное сочетание.

Натан уничтожит его без колебаний. Если магия ребенка вырвется из-под контроля, если что-то пойдет не так, он просто уничтожит собственного сына. Ради «высшего блага», ага.

Натан, идущий рядом волнует, ощущается как жар, как пламя, хоть стихия его водная, прохладная. Но сегодня адмирал Саршар кипит не хуже вулкана.

Мы входим в храмовый зал, где нас ждет жрец.

А я смотрю на раскидистую крону Древа. Она светится в лучах солнца и выглядит очень солнечной, светлой и позитивной.

— Надеюсь обряд пройдет без неожиданностей, — тихо произносит Натан.

Я тоже надеюсь. Уж слишком хорошо помню свою маленькую смерть, когда меня осыпали черными лепестками во время брачной церемонии.

Служка в коричневой рясе подходит к жрецу, неся небольшую плетеную корзинку. Внутри поблескивают разноцветные камни — дары для богов. Святой отец неторопливо перебирает их и достает самый крупный: белый опал, словно светящийся изнутри.

Опустившись на одно колено, он кладет камень к узловатым корням Древа и торжественно провозглашает:

— Прими дар, Громовержец! Эта пара просит развода!

Опал тут же начинает растворяться на глазах. Тает, как кусок льда под солнцем, пока не исчезает окончательно, словно его никогда и не было.

Боги приняли дар?

— Отныне вы больше не муж и жена, — объявляет жрец, поднимаясь с колен.

Он скептически пожимает плечами, явно недовольный расторжением святых уз. И в эту секунду Древо снова оживает — ветви раскачиваются, листья шелестят тревожно и громко, золотясь потусторонним нереальным светом.