Книга Сердце Белого бога, страница 14 – Рина Белая

Я стала отшельницей.

Эта мысль была столь ясной, что подавила все остальные чувства. Мир вокруг словно потерял краски. Всё стало каким-то бесцветным и пустым. Я не слышала пения птиц, не ощущала дуновения ветра, не замечала колючих веток, ранящих ноги. Я не понимала, куда иду, и главное — зачем. Просто шла, медленно переставляя ноги.

Время от времени в голову приходили нелепые мысли о возвращении, но я тут же отбрасывала их. Эти мысли сошли на нет.

Я осталась совершенно одна.

От этой мысли хотелось свернуться в клубок и выть, но инстинкты гнали меня вперёд.

Я провела рукой по щеке, стирая слёзы.

Едва уловимый запах креагнуса заставил мой желудок болезненно сжаться. Я никогда не пробовала его мясо, но слышала, что оно настолько вкусное, что невозможно оторваться. Этот насыщенный, ни с чем не сравнимый аромат дополняли терпко-кислые нотки, напоминающие ягоды мирника. Из перебродивших ягод мы делали напиток, который пили горячим. После отбора Хранительница жизни подавала его лордам вместе с мясом, обжаренным на раскалённых камнях.

Но откуда на пустынной равнине взяться таким запахам?

Мозг словно отказывался работать.

— Для искусной охотницы ты удивительно тупа.

Обернувшись, я тихо вскрикнула и отшатнулась. Передо мной стоял лорд. Я упала на колени, но неожиданно даже для себя обратилась в чёрную кошку.

Я считала себя слабой. Но зверь считал иначе. Он взял контроль над моим телом и разумом, оскалив зубы в откровенной угрозе.

Лицо лорда перекосилось от ярости, но он быстро взял себя в руки. В его голосе зазвучала пугающая мелодичность:

— Стая — это совершенная система, где каждый перевёртыш занимает своё место. Такие, как ты, выводят её из равновесия. Ты паразит, созданный только для того, чтобы терзать стаю.

Предлагаешь мне сдаться и молча принять смерть? Хочешь, чтобы моя душа исчезла навсегда? Нет. Этому не бывать!

— Ты понимаешь, насколько неравны наши силы? — спросил лорд. Его рука легла на рукоять клинка.

Я понимала. Более того, я слышала смерть в биении собственного сердца. Но страха не было.

Я видела, как слеза света скатилась с холодного лезвия клинка, и в следующий миг оно выписало дугу прямо над моей головой.

Отклонившись от удара лорда, я заметила, как на его лице появилась едва заметная улыбка.

— Неплохо, — заметил он, небрежным движением руки сбрасывая с плеч широкий плащ без рукавов. — Я думал, одного выпада будет достаточно, чтобы ты пала к моим ногам. Что ж… разомнёмся.

На этот раз лезвие достигло цели. Едва ощутимо коснувшись моей шеи, оно заставило стекать по коже несколько капель крови.

Лорд с ленивой грацией стер кровь с клинка двумя пальцами и продолжил свою игру. Послушное его воле лезвие рисовало в воздухе алые дуги с такой скоростью, что я едва могла их разглядеть. Каждый новый взмах оставлял на моей коже тонкие порезы, наполнявшиеся кровью и крадущие последние остатки сил. Боль распускалась в сознании, как ядовитый цветок, разрастаясь безнадёжной, разрушительной тоской.

— Время твоей смерти назначено, — произнёс он холодно. — Ты всего лишь мусор на ладони Сатии.

Лицо лорда оставалось спокойным, как безупречное отражение Тацета в зеркальной глади кратера. Но в его глазах горел мрачный огонь, в котором я читала острую потребность дать выход энергии разрушения. Она текла в его теле, насыщая его ненавистью, которая жаждала своего апогея — уничтожить объект, что вызвал его гнев.