Книга Сердце Белого бога. Тенера, страница 80 – Рина Белая

Дом Хранительницы встретил густой тишиной.

Когда он сказал, что жить я буду с ним, это прозвучало не как предложение, а как решение, принятое за нас обоих.

Я не подняла головы. Не пошевелилась. Даже не позволила себе мысли о возможном ответе.

Он обернулся. Я почувствовала тяжесть его взгляда, но продолжала стоять, как следует низшей, ожидая, что он решит дальше.

— Ложись спать, — бросил он коротко и вышел.

Я улеглась, принимая его слова как обязательство.

* * *

Мы покинули стаю с первыми лучами Рете. Высшая по-прежнему была слишком слаба, но Алатум не обращал на это внимания. Все, что его заботило теперь, — как можно быстрее уйти из стаи и добраться до города, где он сможет завершить то, что начал на Земле.

Я двигалась рядом с Высшей, поддерживая ее под локоть, чтобы она не оступилась. Уверенным был только ее вид: стоило мне ослабить хватку, и ее ноги словно подламывались. Поэтому мы продвигались медленно, делая частые остановки.

Сначала дорога шла вдоль скального хребта, потом постепенно спустилась в узкое ущелье. Вьюга, мучившая нас последние всходы, наконец, стихла. Снежная пыль больше не хлестала по лицу, ветер ослабел; резкие порывы сменились холодной,почти спокойной тишиной. Воздух оставался ледяным, но уже не сопротивлялся каждому вдоху.

Идти стало легче.

Когда перед нами открылся город, я невольно остановилась. Сит-Амет оказался настолько огромным, что казалось: легенды приуменьшали его величие. Город будто был частью самой горы. Террасы тянулись вверх ярус за ярусом, подобно ступеням, ведущим прямо в небо. Их края украшали тонкие, скованные льдом колонны. Сами здания не имели четких границ. Их стены переходили в выступы скалы, а крыши терялись в ее уступах.

У подножия картина менялась. Там, где камень встречался с землей, стояли простые жилища. Здесь жили низшие. Эти дома не стремились ввысь. Они твердо стояли на земле, будто знали свое место и не пытались изменить его.

Высоко, на самом верху Сит-Амета, возвышался храм. Он не был огромным, скорее, казался неизменным. Будто выточенный из самой верхушки горы. Его стены сияли так, словно покрыты инеем, но ни один луч солнца не мог растопить этот блеск.

— Там мой дом, — неожиданно спокойно произнес Алатум и указал на верхний ярус — на белую грань скалы, где тонкая тень едва заметно обрисовывала вход. — Я хочу, чтобы он стал и твоим домом.

Я ничего не ответила.

— Дом… так близко, — тихо выдохнула Высшая, и мы снова двинулись вперед.

Когда постройки низших остались позади, дорога расширилась. Каменные ступени поднимались друг за другом все выше.

И вот перед нами вырос дом Высшей. На пороге стоял мужчина — светловолосый лорд преклонного возраста. Он замер, будто не верил своим глазам.

— Отец, — произнесла Высшая и, едва удерживаясь на ногах, шагнула к нему.

Он поспешил вперед, подхватывая ее, словно что-то бесценное.

— Я здесь… я дома, — сказала она и зарыдала на его груди.

Лорд взглянул на Алатума. Радость не смыла осторожности. Его поклон был коротким и точным.

— Ты… вернул мне дочь… — произнес он и замолчал. Его взгляд остановился на мне. Он пытался понять, кто позволил низшей подняться так высоко и почему она стоит рядом с Белым богом.

Но Алатум не дал этому вопросу родиться.

— Позаботься о ней, Раитен. Она очень слаба, — и, повернувшись ко мне: — Тенера, идем.