Книга Оставленная у алтаря, страница 139 – Ивина Кашмир

Эйвар вздрагивает, словно его ударили.

А до меня вдруг доходит самое страшное. Он знал. Всё это время он знал, кто убил моего отца.

Слёзы сами брызгают из глаз. Я дрожащей рукой провожу по лицу.

— Ари… — на скулах Эйвара ходят желваки. Он делает шаг ко мне, но я выставляю руку. — Это не я. Я не убивал твоего отца. Не я.

— Это сделала я, — спокойно заявляет Севелина. — И не только его. Не хочешь спросить, почему?

— Зачем ты с ней разговариваешь?! — резко бросает Тиолетта. — Не объясняйся перед этой тварью. Просто прикончим, и всё. Она слишком много знает.

— Мама! — Эйвар резко оборачивается к ней. — С головы Ари не упадёт ни один волос. Я не позволю. Она моя. Ясно? Вы её не тронете.

Севелина тяжело вздыхает. В её глазах мелькает холодный металлический блеск.

— Мы её не тронем, конечно, — с натянутой улыбкой кивает она. — Но леди Ноланд должна исчезнуть.

Она делает паузу — ровно одну, чтобы до меня дошёл смысл её ужасающих слов.

— Вместо неё мы поставим мой экспериментальный образец. Риан не догадается.

В носу щиплет, руки дрожат, и всё, чего мне хочется, — чтобы происходящее оказалось сном.

Мне стоит диких усилий не сорваться на плач. Не время и не место для истерик: я теперь знаю, кто за всем этим стоит, и не должна сдаваться.

Севелина — сестра Тиолетты. И именно она та злодейка, которая поставила на уши весь высший свет. Убила моего отца и ещё кучу людей, стоявших у неё на пути. Плела интриги, как паучиха, сталкивала лбами неугодных, убивала, пытала. Список можно продолжать до бесконечности.

Но почему… почему она оказалась настолько неуловимой? Неужели никто в этом проклятом дворце не догадался, кто стоит за всеми этими пакостями, кто зол и амбициозен настолько, что пройдётся по головам, наплевав на нормы морали?

Пока все эти вопросы проносятся в голове, Эйвар, схватив меня чуть выше локтя, тащит по коридорам. Там, впереди, идут Севелина и Тиолетта и о чём-то перешёптываются.

Пользуясь тем, что мы с Эйваром в конце этой зловещей вереницы, я принимаю решение достучаться до своего бывшего.

— Почему ты не сказал, что твоя тётка — злодейка? — сипло спрашиваю, не оставляя попыток отодрать пальцы Эйвара от своей руки.

— Я сам недавно узнал, — беззаботно пожимает плечами. — Оказался удивлён. Неприятно удивлён.

— Думаешь, я поверю? — цежу сквозь зубы, задирая голову, чтобы заглянуть в его наглые синие глаза. — Ты с самого начала всё знал!

— Нет, Ари, не с самого начала, — цокает, качая головой. — Узнал примерно тогда, когда в мою постель забралась Гардия. Оказывается, они с моей матерью сговорились и долгое время поили меня приворотным зельем. Я оказался ослеплён любовью к той, которую едва бы заметил, не будь я под магическим воздействием. Как ты понимаешь, — он морщится, — я не женился на тебе только поэтому.

— Неужели ты… оставил всё как есть? — сиплю, ощущая, как пересыхает горло. — Твоя мать… она… опаивала тебя, а ты…

Эйвар резко останавливается.

— Всё в прошлом.

— Всё в прошлом? — потрясённо переспрашиваю. — Как ты можешь говорить о таком? Благодаря играм Тиолетты мы расстались.

— Мы не расстались, Ари, — упрямо заявляет, вздёрнув подбородок. — А что касается мамы… да, мы с ней уже обсудили ситуацию, она принесла извинения, сказала, что больше так делать не будет.