Книга По ту сторону бесконечности, страница 52 – Джоан Ф. Смит

Я сцепил пальцы и поерзал. Конечно, эти цифры угнетали, но даже от простой попытки поставить себя на место пропавшего человека у меня сводило живот.

Пока я разглядывал экран с удручающей статистикой, в голове всплыло еще кое-что. Я снял наушники, повесил их на шею и попытался унять неприятное чувство, как будто среди моих мыслей – деталек пазла – затесался брусок из «Дженги». Безымянная мысль – боп-боп-боп– билась о стенки черепа, словно буй, застрявший под причалом.

Я перевернул телефон.

Я фыркнул, откинулся на спинку кресла, закрыл глаза и подумал о своем лучшем друге, которому не терпелось выбраться из дома. Мне нравилось, как его мама готовила жареную рыбу-меч, нравились ежедневные просьбы его отца «покидать мяч» на заднем дворе. Мне нравилось, что Мэв был единственным ребенком, и поэтому, когда мы шли в подвал, чтобы поиграть в видеоигры, никакая Софи нам не мешала. Я бросил последний долгий взгляд на кошмарные факты, снял наушники и удерживал кнопку питания, пока экран не погас.

Я сел на велосипед, занес ногу над педалью и задумался.

Не слишком ли рано я бросил расследование? Может, я плохо стараюсь?

«Позже», – решил я. Я вернусь к нему позже. И надавил на педаль.

Десембер

Через две недели после инцидента в баре с молочными коктейлями я стояла у подножия бетонной лестницы в десяток ступеней, ведущей к дверям школы Вудленд-Хай. Маленькие крапинки на каждой ступеньке блестели в лучах августовского солнца. В таком городе, как этот, новые ученики были редкостью, поэтому их знакомили со школой в дни открытых дверей, собирая там всех отщепенцев. В том числе и старшеклассников. Например, меня. Еще был один парень, из десятого класса. Вскоре он будет пробегать мимо меня с тремя ребятами из команды по легкой атлетике.

Даже смутные, жевательношариковые события этого августовского дня – включая катастрофический обвал фондового рынка, обморок ребенка на стадионе в Вермонте после сдвоенной тренировки по футболу и несчастный случай на лодке в Озарксе (обошлось без смертей) – не могли отвлечь меня от того, что мне предстояло испытать.

Я расправила плечи, вскинула подбородок и поднялась на первую ступеньку. На самом верху лестницы я распахнула свежевыкрашенную дверь в здание, которое должно было стать (согласно переменчивому набору предопределенных событий) моей последней старшей школой – и это после целой жизни «вечной новенькой», потных ладоней и липкого одиночества.

Зайдя внутрь, я сжала кулак. Кожа натянулась у нижнего края моего нового плотного шрама, усеянного черными комочками рассасывающихся швов. Сердце в груди напоминало потекший кран.

Мы со школой не подходили друг другу. У нас с детства не заладилось. Когда я была ребенком, мой дар мне мешал. А потом стал помогать мне получать незаслуженные оценки. Кто-то мог бы сказать, что у меня было «несправедливое преимущество при написании контрольных». Я, по сути, накачивалась учебным допингом перед самым важным соревнованием. После того как мы переехали в Вудленд, я закончила одиннадцатый класс в бесподобных условиях свободного домашнего обучения. Но поскольку мой дядя был идеален практически во всех отношениях, он настоял на том, чтобы я на собственном опыте узнала, каково это – учиться в выпускном классе. Он был одним из тех редких людей, которые действительно с любовью вспоминали свои школьные годы. И он хотел того же для меня.