Книга Соблазнение в академии, страница 62 – Ти Шарэль

— Клянусь, что никоим образом не замешан в историю с твоей сестрой. Вернее, не был, пока не вошёл в гостевой домик. Большакова видел первый раз в жизни.

Однако, мои слова девушку не успокоили.

— Ты не отрицал то, что я говорила раньше, — произнесла она медленно. — И значит, признавал. Ты специально подбирался ко мне. Зачем?

Румянец сошел с ее лица, побледнели даже дрожащие губы. И только синие глаза смотрели гневно и требовательно.

— Хотел,чтобы ты стала моей… женой, — перед последним словом случилась заминка, и Василиса её заметила. Сжала губы, задрала подбородок.

— Охотник за приданым? — спросила жёстко. — Денег все-таки недостаточно?

— Достаточно, — искренне сказал я. — Ты удивишься, но мое состояние скорее всего больше твоего.

— Тогда что? Титул? Место в Думе? Поближе к государю?

— Нет.

— Только не говори, что покорен моей красотой, — презрительно бросила девушка.

— Ты красива, сама знаешь, — сказал я ровно. Василиса досадливо дёрнула плечом. — Но красивых девушек много.

— Ада Охана, например, — подсказала она.

— Дело не только в красоте, — я старался говорить то, что думаю. — Ты искренняя, смелая. Талантливая. Порывистая…

— И когда ты успел изучить меня? — Василиса с горькой усмешкой прервала мою речь.

— Успел.

— Но сюда ты пришёл уже с определённой целью. Ты ведь не знал меня раньше, Ян. Но затеял эту чехарду с актёрством. Зачем?

— Хотел познакомиться ближе, — я увидел, что Лисса готова возражать и попросил. — Пожалуйста, не перебивай. У меня осталась пара минут, прежде чем твой верный пёс ворвется сюда.

Девушка покачала головой, но промолчала.

— Мне пришла пора искать жену. Как и всем одарённым по государеву указу, ты знаешь. И я решил, что если жениться, то на лучшей.

Василиса поморщилась, но вновь не стала перебивать меня. Я продолжил:

— Я никогда не был влюблён, и не знаю, как назвать то, что испытываю сейчас. Но это самые яркие эмоции, что я чувствовал когда-либо.

Я говорил и понимал, что не лукавлю. Что ту странную смесь восхищения, вожделения и тревоги я никогда не испытывал ранее. Но Василиса не верила. Синие глаза заледенели, на губах застыла недоверчивая усмешка.

— Прости меня за поцелуй. Его не должно было быть. Не сейчас. Но я поддался эмоциям. Этот алтарь, эта чаша… Все было словно по-настоящему.

А вот эти слова нашли отклик. Девушка чуть нахмурилась, усмешка сошла с губ.

— Этого больше не повторится. Я не прикоснусь к тебе без твоего позволения. Клянусь.

Она покачала головой. В глазах застыло сомнение.

— Не прогоняй меня, — мягко попросил я. — Тебе нужно закончить иллюзию, а мне просто хочется быть рядом.

Василиса колебалась. Я знал, насколько необходим ей для завершения работы, знал, что она не сможет обойтисьбез меня. Поэтому молчал. Сказанного было достаточно.

— Ты клянёшься, Ян? — спросила Василиса, и ее голос дрогнул. — Клянёшься больше не прикасаться ко мне?

— Ни разу без твоего позволения, — твёрдо ответил я.

— Хорошо, — она медленно и глубоко вздохнула. — Мы закончим работу. Но, предупреждаю, что постараюсь узнать о тебе больше. И… Я расскажу о случившемся своему будущему мужу.

— Доброе утро, кто бы ты ни был, — хмыкнула я, на миг останавливаясь перед отпечатком приведения. — Недоброе? Не у тебя одного, дружок, не у тебя одного.

Вольский вновь стоял ко мне спиной, разглядывая что-то под увеличительным стеклом.