Книга Восьмая жена Синей Бороды 2, страница 132 – Ариша Дашковская

Пробежавшись взглядом по полкам, Энни открыла рот в безмолвном крике. Среди поделок герцога она увидела сосуд, где в желтоватой жидкости скрючился уродливый младенец. Рядом со страшной находкой стояло еще несколько подобных сосудов. На каждом белой краской была написана дата и имя. Похожие она видела на ярмарке в анатомическом театре, только без всяких пометок. Вряд ли Уэйн приобрел эти страшные экспонаты. Скорее всего, он сам был их создателем. Энни вспомнила, что доктор Норрис знаком с хозяином анатомического театра. А это значит, что тот мог помочь законсервировать младенцев.

Но самой страшной мыслью, набатом бившейся в висках Энни, была о том, кого же носит она сама под сердцем. Если все потомство герцога было нежизнеспособно из-за неправильного развития, то Энни родит либо кого-то похожего на Куло, либо не родит вообще.

Низ живота тут же отозвался тянущей болью. Комната поплыла перед глазами.

Собравшись с силами, Энни завесила стеллажи, и, пошатываясь, вышла из мастерской.

Руки ее тряслись, оттого она еле совладала с ключами. Долго возилась, прежде чем ей удалось замкнуть дверь.

Несмотря на свое состояние, она буквально кожей почувствовала, что за ее спиной кто-то стоит.

Она резко обернулась и встретилась взглядом с Теей. Та, приложив указательный палец к губам, жестом велела ей следовать за собой.

Тея вела ее вниз, на первый этаж. Энни пришлось вцепиться в перила, чтобы не упасть от головокружения. Но Тея будто не замечала состояния хозяйки. Она спешила ей что-то показать.

Придерживаться заданногоТеей темпа было тяжело. Дыхание Энни участилось. На лбу выступили росинки пота. Она уже с трудом понимала, куда ее тащит горничная. Тея же наконец остановилась у гобелена с библейским сюжетом. Воровато оглянулась. Сдвинула ткань в сторону и Энни отчетливо увидела деревянную дверь с массивным металлическим кольцом и замочную скважину.

Казалось бы, все самое страшное Энни уже видела в мастерской. Однако стоило ей вставить ключ в замочную скважину, как ее сердце отчаянно забилось. Мучительные мгновения предчувствия встречи с чем-то страшным зачастую намного тревожнее, чем реальное столкновение с ним. Тяжелая дверь отворилась с протяжным скрипом. Узкая каменная лестница, начинавшаяся от самого порога, круто уходила вниз. Перил не было вовсе. От накатившей дурноты Энни качнуло, и она судорожно вцепилась в стену. Это место идеально подходило для того, чтобы ненароком свернуть себе шею. Достаточно оступиться. Благо, подземелье освещалось факелами. Пламя, пугливо подрагивая и отбрасывая зловещие тени, дарило тусклый свет. Но и этого было достаточно, чтобы увидеть, куда можно безопасно поставить ногу.

За спиной Энни раздавались легкие шаги Теи. Это приободряло ее ровно настолько, что не позволяло развернуться и уйти. Но если не лукавить, если бы Энни надумала вернуться назад, то ширина лестницы не позволила бы девушкам разминуться.

Дойдя до последней ступеньки, Энни остановилась в нерешительности. Длинный узкий коридор со сводчатым потолком, больше похожий на тоннель, вел далеко вперед.

Энни с тревогой оглянулась на свою спутницу:

— Ты была здесь раньше?

Тея коротко кивнула в ответ.

Коря себя за трусость, Энни зашагала по коридору размашисто и нарочито быстро. Коридор оборвался высокой аркой, пройдя через которую, Энни очутилась в огромном зале. Центральное место в нем занимало каменное возвышение, покрытое алым сукном, напоминающее алтарь. Подойдя ближе, Энни увидела, что к столешнице крепятся железные кандалы. Возле жертвенника на небольшом столе лежали странные предметы — хлысты разных размеров, мотки веревок, толстые и длинные иглы без ушка, оплавленные свечи. Для чего они предназначались, Энни было неведомо. Ей пришло в голову, что их могли использовать для пыток.