Книга Рыцарь Его Величества, страница 47 – Элис Карма

Берн подозревает, что самый главный источник скверны в королевском замке — это брат короля, Вилфрид. В отличие от Дедрика, Берн видит в нем угрозу не иллюзорную, а вполне реальную. Считает, что со стороны государя оставлять его рядом с собой было крайне неосмотрительно. Он также знает, что Вилфрид ведёт тайную переписку со своим дядькой, графом Вороном. Послания их друг другу зашифрованы либо иносказательны. Но посыл их вполне понятен любому, кто сведущ в особенностях взаимоотношений столицы Кроненгарда и южных графств.

Королевский десница возлагает большие надежды на поездку в Рабантрас. Ничто не даёт настолько ясную картину происходящего, как погружение в настроения мятежного графства. Раньше Берну в Рабантрасе даже нравилось: южный колорит, ткани, тёплый климат и пряности. Пожалуй, единственное, что вызывало подозрения — то, что местные отказываются поклоняться Четырём богам, предпочитая им своих языческих. И если прежде это не было проблемой,ведь многобожие и тотемизм делали южные племена разрозненными и часто даже враждующими между собой, то в последние годы всё чаще местные стали сплочаться вокруг тотема Ворона.

Берн подозревает, что произошло это не просто так. Сопроводив королевскую чету до замка графа Хейдена, он отправляется в горы Мэйн на поиски отступников культа. Среди скал он находит храм. Поговорив со старым служителем, Берн выясняет, что никакого отношения к роду Рабан, в целом, и графу Хейдену, в частности, культ не имеет.

— Он возник далеко на юге в пустынях и пришёл в Кроненгард вместе с торговцами-кочевниками. Те поклонялись воронам от начала веков, ведь только они способны выживать в пустыне, — говорит старик, вглядываясь в лицо Берна. Тому не по себе от взгляда его водянистых глаз.

— Потому что вороны — падальщики, — произносит он, озираясь по сторонам.

— Именно, — соглашается служитель и чертит в воздухе круг. — Так они продолжают бесконечный цикл жизни. В этом смысл культа — быть подобно ворону, искать рассеянную магию и возвращать её в энергетический цикл.

Очерченный круг начинает сиять блёклым светом. Берн некоторое время завороженно следит за этим, с тоской вспоминая утраченный меч.

— Со временем правители Рабантраса заметили, что культ распространился по всей территории графства, — продолжает старик. — Они не могли допустить, чтобы подобные мне служители обрели реальное влияние на людей. А потому они провозгласили себя династией, благословлённой вороном.

На последних словах он горько усмехается.

— Представляешь себе?! — восклицает он. — Простая птица, сумевшая выжить в пустыне, вдруг взяла и, подобно пророку, благословила целую династию! Но люди слепы, они поверили в это. Сейчас многие в Рабантрасе считают, что король Кроненгарда не должен править графом Вороном. Они зовут Хейдена «герцогом Вороном».

— Почему вы мне рассказываете всё это? — с удивлением спрашивает Бернхард. — Вы ведь тоже подданный Хейдена.

— Потому что, то, что сейчас зовётся «культом Ворона» несёт зло, — отвечает служитель, рассеивая энергетический круг. — Если желаешь узнать больше, просто расспроси людей в Ельиме, кто такой Гайдин. Он и подобные ему уничтожили прежний культ и создали на его обломках секту, в которой проповедуют превосходство своих сторонников над остальнымии учат управлять разумом других людей.