Книга Нэй: мой любимый Прародитель, страница 169 – Анна Кривенко

Ничего не изменилось. Я точно не спал.

Глаза лирийца засияли, но он быстро взял себя в руки, вдруг неглубоко поклонился и жестом указал мне на дверь, из которой вышел.

— Мое имя — Джамалей, сын Ллея. Прошу вас, Великий Посланник! Позвольте мне пригласить вас в мой временный дом…

Все еще ошеломленный его предыдущими словами, я просто коротко кивнул и послушно вошел в предложенное помещение.

За моей спиной лириец несколькими словами организовал детям отправку в комнаты отдыха, запыхавшегося и уже безучастного ко всему чиновника отдал своим сотрудникам, а Лиса… хотел оставить в коридоре, но он довольно нагло протиснулся вслед за мной, сделав непроницаемое и самоуверенное лицо.

Я его даже не заметил, а лириец лишь недовольно поджал губы, но выталкивать его силой не стал.

Комната представляла собой богато обставленный кабинет в иширском стиле, а на правой стене виднелись две большие деревянные двери, ведущие, наверное, в личные спальни.

Джамалей жестом пригласил меня присесть, и я опустился в кресло, как лунатик: настолько был выбит из колеи обрушившимися на меня чувствами и воспоминаниями.

Лис пристроился на соседнем кресле, не дожидаясь приглашения, а посол просто перестал обращать на него внимание.

Мужчина тоже присел, как раз напротив меня, и не сводил с меня глаз.

— Великий Посланник! Ллаир сказал мне, что вы не хотите почестей по обычаям нашего народа, поэтому я не стал их воздавать вам, не желая огорчать и обременять ими. Но мне бы очень хотелось угостить вас чем-нибудь, чего пожелала бы ваша душа…

Я наконец-то очнулся и попытался услышать его странные, немного пафосные слова, произносимые на иширском с тяжелым ломаным акцентом.

Во мне проснулся прежний, немного церемониально зависимый предтеч, и на его предложение об угощениия утвердительно кивнул. Ну не нарушать же мне чужие традиции одну за одной!

Через пять минут столик между нами был уставлен самыми разными угощениями, включающими как иширские блюда, так и незнакомые, явно инопланетного происхождения.

Однако среди них я увидел родную и любимую мисхеру. Удивился.

— У вас тоже растет этот фрукт? — спросил я, потянувшись к аккуратно нарезанным кусочкам, лоснящимся скрытым в них соком, а мужчина посмотрел на меня очень странно, с мягкой торжествующей улыбкой.

Я даже замер на полпути, немного смутившись выражения его лица.

— Что-то не так? — поинтересовался я.

Лириец спохватился и вернул лицу мягкое, уважительно-радостное выражение.

— Простите, Великий Посланник! Просто я на тринадцатом небе от счастья!

— Почему? — осторожно уточнил я, все-таки наколов кусочек любимого фрукта на вилку и с достоинством отправляя его в рот.

— Потому что сейчас прямо на моих глазах сбывается древнейшее пророчество, исполнение которого наш народ ждал пятьдесят тысяч лет…

Я замер и невольно покосился на Лиса, который удивленно навострил уши и притих. Захотелось его отправить прочь, но… я побоялся его обидеть — привязался слишком и стал немного мягкотел — поэтому постарался выбросить присутствие парня из головы.

— Пророчество? — переспросил я. — Какое именно?

— Пророчество о вашем приходе в этот мир, Великий Посланник! Мы ждали вас!..

Его слова удивляли меня все больше.

Кто мог знать о том, что я однажды появлюсь в обновленном теле через тысячи, сотни тысяч лет после своего прежнего существования? Даже я об этом не знал! Только… Создатель!