Книга Искра вечного пламени, страница 77 – Пенн Коул

Моя ладонь стиснула кинжал.

— Уйди с дороги! — зарычал на женщину Потомок. — И я сделаю все максимально быстро и безболезненно.

— Это же и твой ребенок! — Женщина не то плакала, не то умоляла его. — Как ты можешь быть такжесток к собственному сыну?!

— Этот полукровка вообще не должен был родиться! — изрыгнул Потомок. — Ты сама виновата: надо было прервать беременность сразу, как она наступила. Ты скрывала от меня ребенка четыре года, и теперь его кровь на твоих руках.

Женщина умоляла Потомка, по щекам у нее текли слезы.

— Давай я пойду к королю и попрошу снисхождения. Или уеду. Я увезу ребенка в Умброс, и ты больше никогда о нас не услышишь.

— Я не могу так рисковать. Моя семья веками добивалась положения при дворе. Мы наконец в числе Двадцати Домов, и я не позволю какой-то смертной шалаве и ее отродью разрушить все, за что мы боролись.

Яд из его голоса словно напитывал подконтрольные ему тени, делая их темнее и безжалостнее. Пальцы Потомка изогнулись, тени легли на них острыми концами.

Во мне ожил внутреннийголос. Его магия пульсировала, как эхо сдерживаемого гнева.

«Борись!»

— С дороги, не то я убью вас обоих! — приказал Потомок.

— Разбежался! — рявкнула я, обнажая второй кинжал. — Отойди от них.

Потомок едва обратил на меня внимание и равнодушно махнул рукой:

— Уходи отсюда, смертная. Тебя это не касается.

— Еще как касается! — прорычала в ответ я.

Разумная и рациональная часть моего сознания схватила меня за подол, уперлась пятками и зашипела, что нужно прислушаться к совету Потомка и уйти. Тут не воинственные пьянчуги и не школьные задиры, с которыми я привыкла иметь дело. Тут Потомок. Помимо демонстрации, которую во дворце устроил принц, — она никак не шла у меня из головы, — вблизи их магию я прежде не видела.

Но разумность и рациональность — привилегия немногочисленных удачливых везунчиков, которые могут позволить себе закрыть глаза на несправедливость и уйти.

Людям из Смертного города — моим людям — удача не сопутствовала.

А я не могла просто уйти прочь.

«Тщательно выбирай битвы и врагов», — сказал мне отец.

Так вот, я выбрала эту битву. И я выбрала этого врага. Я решила, что не позволю еще одному ребенку погибнуть от рук Потомка.

Если поплачусь за это жизнью, значит, так тому и быть.

«Борись!»

Я опустила подбородок и двинулась к Потомку.

Сперва он поднял кулак — тени у моих ног удлинились и, став похожими на стальные прутья, преградили мне путь. Я выругалась, отшатнулась, моя рука застыла в воздухе.Голосстек в кончики пальцев и потянул ладонь вперед, наполнив меня пугающей тягой прикоснуться к странной темной материи.

— Это последнее предупреждение! — гаркнул Потомок.

Женщина обратила ко мне красные, полные слез глаза, в которых погасла последняя надежда.

— Спаси моего сына! — взмолилась она. — Пусть я умру, но прошу тебя, спаси его!

Я замерла, внезапно узнав ее. В день исчезновения моей матери она помогла мне — отвлекла гнавшихся за мной мужчин, чтобы я спаслась. Вполне возможно, что в тот день она спасла мне жизнь, а теперь ее судьба была в моих руках.

Потомок взревел, выбросил руки вперед, и кольцо черных как ночь шипов сомкнулось, а уши полоснул крик невыносимой боли. Темные стрелы вонзились женщине в плоть, превратившись в алые брызги на ее теле. Раны разрастались, разрастались и разрастались, кровь несчастной текла на землю каскадом крошечных водопадов.