Книга Шлейф сандала, страница 214 – Анна Лерн

Даже если Николя или его подруга начнут что-то рассказывать обо мне, то вряд ли их слова будут восприняты серьезно. Да и что они значат против слова графа Загорского, князя Эристави и представителя древнего дворянского рода Мамуки Дучидзе.

Моя тайна пока ею и останется. Я чувствовала, что еще не время раскрывать все карты.

Экипаж графа привез нас домой уже под утро. Все еще шел дождь, было темно, но ощущение скорого рассвета уже будоражилодушу своей неотвратимостью. Селиван и Прошка пошли спать, а мы с Минодорой закрылись на кухне. Я поставила чайник, достала настойку из буфета и кивнула на графин, предлагая подруге.

— Ну что, за счастливое завершение этой неприятной истории?

— Ежели маленько… — широко зевнула Дора, откидываясь на спинку стула. — Что-то женского-то седьмой день нет… Кто знает, чего там…

Я замерла, а потом медленно подошла к ней.

— Ты что, думаешь…

— А чего? — на румяном лице Минодоры появилась довольная улыбка. — Чтоб уж маменьке не врать! Грех это.

Мы начали хохотать, прикрывая рты, чтобы не разбудить домашних, а потом сели у окна, укутавшись в шаль Прасковьи. Осенний рассвет медленно продирался сквозь ночную тьму, окрашивая стены в серый цвет…

Наталью привезли около девяти утра. С ней приехал и Стафей Ефремович. Пока слуги выгружали вещи девушки, мы немного поговорили с ним.

— Знаете, я уже давно потерял надежду на то, что моя дочь станет жить нормальной жизнью. Мне и сейчас очень трудно в это поверить… Но я уверен в одном: если мы не используем этот шанс, то мне не избавиться от чувства вины до конца жизни, — взволнованно сказал ректор. — Вверяемся в ваши ручки, дорогая Елена Федоровна.

— Надеяться нужно всегда. Дай Бог, чтобы у нас все получилось, — ответила я. — По крайней мере, я постараюсь сделать для этого все возможное.

— Я стану приезжать к вам каждый день. Вы не против? — мужчина нервничал, его руки, сжимающие шляпу, немного подрагивали.

— Нет, конечно! Здесь вам всегда рады! Думаю, Наташа тоже захочет видеть вас как можно чаще, — я с болью в сердце наблюдала, как девушку заносят в дом. — Посмотрите комнату, в которой будет жить ваша дочь?

— Благодарю вас, — он подал мне руку, помогая взойти на крыльцо. — С удовольствием взгляну.

Наташа не выглядела расстроенной или смущенной. Девушка улыбалась, с интересом рассматривала свое новое жилище, знакомилась с моими домочадцами. При виде Машутки и Танечки в ее глазах появилась затаенная грусть, и я поняла, что она страдает оттого, что не может испытать радость материнства. Скорее всего, у них с мужем давно не было близких отношений из-за ее состояния.

Когда Стафей Ефремович уехал, и мы остались с Наташей наедине, я начала рассказывать ей, что нам предстоит. Чтобы она хотя бы примерно знала, через какие манипуляции придется пройти.

— Наталья Стафеевна, думаю вы понимаете, что процесс вашего восстановления займет немало времени. Мы с вами должны заняться лечебной физкультурой и массажем. Который, кстати, станем делать с эфирными маслами.

— С эфирными маслами? — девушка слушала меня с интересом. — Вы разбираетесь в этом?

— Как раз в этом я и разбираюсь, — заверила я ее. — Например, масло можжевельника улучшает кровообращение, согревает, устраняет боль. Масла сосны и мяты обладают теми же свойствами… В общем, будем пробовать всё!