Книга Гленнкилл: следствие ведут овцы, страница 12 – Леони Свонн

– Вы останетесь здесь, – мягко произнесла Мисс Мапл. – По крайней мере, теперь мы знаем, что такое завещание. Оно определит, кому достанутся вещи и овцы Джорджа.

– Да! И оно лежит у какого-то авокадо в городе! – добавила Хайде. – И оно скажет Длинноносому, что Джордж никогда бы не продал нас Мяснику!

Они наконец-то испытали облегчение.

– Надеюсь, они скоро найдут завещание! – сказала Лейн.

– Джордж не был заблудшей овцой, – произнесла Хайде.

– Женщина слишком старая, чтобы называть ее «дитя», – протянул Моппл.

– Он соврал, – резюмировал Отелло. – Длинноносому не нравился Джордж, ни капельки. А мне не нравится Длинноносый. И другой Господин, о котором он говорил, мне тоже не нравится.

– Это был тот пастырь! – внезапно закричала Хайде. – Это он забрал к себе Джорджа! Вот как все было. Они поругались, сначала словами, а потом на мечах. У того не было под рукой меча, так что он взял лопату. Длинноносый практически во всем признался!

Моппл согласился:

– Вероятно, они поругались из-за порядка. Джордж был не слишком аккуратным, разве что в огороде. – Моппл бросил стыдливый взгляд в сторону «Места Джорджа». – Прежде всего надо выяснить, кто такой этот пастырь.

Мапл взглянула на него скептически.

Клауд до сих пор молчала.

– Пастырь – это агнец, – произнесла она.

Все уставились на нее с недоумением. Клауд и сама выглядела удивленной.

– Пастырь – это пастух, – возразила Хайде. – Очень плохой пастух, гораздо хуже Джорджа.

Клауд помотала головой.

– Нет-нет, все не так. Вот если бы я могла чуть больше вспомнить… – Она уставилась на травинку у себя под копытом, но овцы заметили, что мыслями она где-то далеко. – Тот человек… Я его знаю. Он уже приходил к нам на луг, давно. Я тогда была еще ягненком. Джордж держал меня на руках, он как раз стриг мне копыта. Все пахло… землей и солнцем… Как грибной дождь. Такой приятный запах, и вдруг… что-то горькое. Я сразу учуяла, что Джорджу не нравился тот мужчина. Он хотел куда-то пригласить Джорджа, но голос у него был недружелюбный. Он хотел благословить скотину. Я не поняла, что такое «благословить», но прозвучало как «опалить». Я знала, что скотина – это я, Джордж как раз назвал меня так, когда я не хотела сидеть смирно. Я испугалась. Джордж рассмеялся. «Если ты имеешь в виду Хэма, то его ты благословляешь каждое воскресенье», – ответил Джордж. Мужчина пришел в ярость. Я не помню, что он сказал, но он много говорил о пастыре и о том, что он может отделять овец от козлищ.

Овцы возмущенно заблеяли.

Клауд задумчиво разглядывала травинку. Лишь когда Зора мягко уткнулась носом ей в бок, она продолжила говорить, тихо и неуверенно:

– Потом Джордж тоже разозлился. Он взял и сунул меня в руки Длинноносому. «Благослови эту скотину», – сказал он. Длинноносый плохо пах, я испугалась. Он не знал, как меня нужно держать, но все равно взял с собой. Его дом был самым большим в округе, огромный и острый, как и он сам. Он запер меня у себя во дворе, совсем одну. Там еще была яблоня, но он поставил вокруг нее забор, и яблоки просто гнили на земле.

Некоторые овцы возмущенно заблеяли. Клауд поежилась.

– А потом в дом хлынули люди. Они привели собак, незнакомых овец и свинью. Мне тоже пришлось войти. Шум стоял страшный, но Длинноносый говорил громко, и все его слышали. «Добро пожаловать в дом Божий!» – вот что он сказал. Это и другие вещи. – Задумавшись, она умолкла.