Книга Отвратительная семерка, страница 25 – Майя Яворская

– Ну вот шоу и закончилось, – констатировал Антон Платонович, зябко поеживаясь на утреннем ветерке. – Теперь, скорее всего, будет другое, но не прямо сейчас. Мы успеем перекусить. Пойдемте вниз, я накормлю вас завтраком и сварю отменный кофе.

Хозяин и гостья спустились на первый этаж. За ними семенила Пипа, таща с собой лису, которая пищала на разные лады. Чтобы собака не доставала никого своими страданиями, Самойлова выставила ее на улицу. Чик продолжал храпеть в комнате наверху так, что его было слышно даже из кухни.

– Наверное, стоит разбудить остальных? – предложила Кира.

– Не стоит. Пусть Кирилл выспится на свежем воздухе. А Кузьмич, думаю, давно уже ушел.

– Куда?

– На пленэр.

– Хм, что-то новенькое. У Кузьмича проявилась тяга к живописи?

– Кира, почему вас это удивляет?

– Он уверял, что ничего в живописи не смыслит. Даже картину мне подарил Banksy, поскольку имя автора созвучно с названием сайта Artsy, на котором та продавалась. Других критериев отбора у него нет. По-моему, и имя такого раньше никогда не слышал.

– Он вас дурачил, – усмехнулся Антон Платонович. – Я Кузьмича знаю дольше вашего и с уверенностью могу сказать, что он полон тайн и сюрпризов. Вы еще в этом убедитесь.

Самойлова неуверенно пожала плечами. Спорить не имело смысла. После того как она узнала, что приятель три дня провел в шанхайской тюрьме, шел по красной дорожке на Каннском кинофестивале, плавал матросом на частной яхте, Кира готова была поверить любой истории^[1].

– А про какое другое шоу вы говорили?

– Когда?

– Когда мы стояли на балконе. Про вашего соседа.

– Ах это. Дочь к нему приехала. Он с ней не особо ладит. Да и с сыном, собственно, тоже. Стычки у них происходят постоянно, причем довольно бурные. Так что, возможно, мы станем с вами очевидцами еще одного представления.

Хозяин занял исходное положение у плиты, собираясь накормить девушку омлетом. Сказать, что она с детства терпеть не могла это блюдо, у Киры не хватило окаянства. И она покорно опустилась на стул.

Когда-то в детском саду Самойлова по какой-то причине отказалась есть его на завтрак. Но воспитательница была исключительно настойчива и запихнула всю порцию ребенку в рот, не обращая внимания на то, что он не глотает. В итоге несчастная Кира поперхнулась, закашлялась и выплюнула весь омлет прямо на халат мучительницы. После этого женщина возненавидела девочку, а Кира возненавидела омлет.

Не успела она утвердиться за столом, как раздался дробный топот на лестнице, и в кухню ввалился Кирилл. Еще заспанный, лохматый, но чем-то очень довольный.

Он повел носом, потом заглянул через плечо Антона Платоновича, закатил глаза и потер руки в предвкушении гастрономического экстаза.

– Боже! Омлет! Настоящий, пышный. Как давно я такой не ел!

Кулинар опять порозовел от удовольствия.

– А вы знаете, как правильно его готовить? – обратился он к Самойлову. – Весь секрет в одной ложке воды. Всего лишь! Представляете? Такой маленький нюанс, но как от этого все меняется! Секрету меня научили во Франции.

– Дьявол таится в деталях, – мрачно изрекла Кира, передразнивая Кузьмича.

Кирилл вздрогнул и посмотрел на сестру с опаской: как бы та еще чего-нибудь не ляпнула. Но, похоже, хозяин дома не обратил на ее реплику никакого внимания. Ратай выложил на тарелки большие аппетитные куски, посыпал свежей зеленью и поставил перед гостями.