Книга Отвратительная семерка, страница 22 – Майя Яворская

Как только Самойлова полностью открыла глаза, собака взвыла от восторга. Ей явно было скучно. Причем давно. Она томилась от безделья и требовала, чтобы с ней срочно поиграли.

Зашвырнув лису в дальний угол и утерев лицо, Кира попыталась снова заснуть, но из этого ничего не вышло. Пипа сперва пробежалась из одного конца комнаты в другой, цокая когтями по паркету. Она прекрасно знала, как это здорово действует на нервы. Но не сработало. Тогда села напротив кровати и начала страдать, подвывая и горестно вздыхая на разные лады. Самойлову и такими манипуляциями пронять было сложно. Чик в свое время тоже пробовал, но от идеи отказался. Прилет подушки в голову правильно расставил приоритеты.

Пипа от летящей подушки увернулась, но все же решила сменить тактику. Залезть передними лапами на кровать, зарыться головой под одеяло и провести мокрым, холодным носом вдоль бедра хозяйки – прием запрещенный, но безотказный.

От неожиданного прикосновения Кира резко села. Спать расхотелось, зато захотелось обмотать собаку скотчем. Причем всю. Но гуманизм возобладал. Самойлова лишь строго посмотрела на собаку. Та правильно уловила ментальный посыл – еще раз так сделает и будет ночевать на улице. Чтобы не обострять конфликт, Пипа предпочла залечь со слюнявой лисой под кровать.

Кира, как была в пижаме, вышла на балкон. По первым аккордам угадывалось, что сосед посвятит новый день творчеству Листа. Округа дышала покоем, видимо, к такому здесь все давно привыкли.

Самойлова уже собралась вернуться в комнату, но в последний момент заметила на парковке какой-то странный предмет и замерла. Сверху было видно не очень хорошо, мешали ветки сосны, росшей перед домом. Но все же разглядеть удалось. Это была отрубленная свиная голова.

«Господи, – передернула плечами Кира. – Гадость какая! Откуда она здесь? И почему на парковке? Может, собаки откуда-то притащили? Да нет, их еще вечером домой загнали и дверь заперли. Надо спуститься посмотреть, может, мне показалось?»

Она быстро вернулась в комнату и переоделась в шорты и футболку. Вроде бы возилась недолго, но когда вышла из дома, никакой свиной головы на парковке не оказалось.

«Бред какой-то! Неужели галлюцинация? Нет, ну точно была, – она озадаченно оглянулась по сторонам. – Тогда куда она делась так быстро? И кто ее унес?»

Первым желанием было рассказать брату и Кузьмичу. Вообще, такие вещи попахивали чем-то серьезным, наподобие вендетты или оккультизма.

«Интересно, кому такой подарочек? Точно не нам с Кириллом. Мы еще не заслужили. Значит, Ратаю или Кузьмичу. Скорее Ратаю, все же он хозяин. Кузьмич, познавший дзен, технически ни у кого не может вызвать негатива. Если расскажу, заржут, решат, что все выдумала. Или правда, все привиделось? – засомневалась Кира. – Допустим, ветром принесло какой-то старый, мятый пакет. Издалека вполне мог сойти за что угодно. За свиную голову в том числе. И что теперь делать – будить всех или пойти спать?»

Чтобы немного успокоиться и привести мысли в порядок, Самойлова поднялась наверх и снова вышла на балкон. На парковке по-прежнему стояли две машины, больше ничего. Зато за забором начала кипеть жизнь – как в этот момент к воротам Музалевского подъехала грузовая машина, с которой какие-то люди стали сбрасывать доски и уносить во двор. По сути, соседский участок был одной большой стройкой: в углу ютился небольшой жилой домик из силикатного кирпича под двускатной крышей и крошечной верандочкой, а рядом на бетонном фундаменте стоял остов возводимого сооружения. Судя по габаритам, он обещал превзойти соседнее строение раза в три. Все пространство, свободное от строений, было завалено палетами с кирпичом, листами профнастила, разнокалиберным брусом, холмами песка и щебня.