Книга Тень Тьмы, страница 43 – Никки Сент Кроу

Я уже мокрая. Но не только из-за поцелуя. Это из-за того, что Вейн наблюдает за нами.

Почему он не присоединился к остальным? Когда он сдастся?

Пэн всерьёз говорил, что Вейн собирается вернуться на родной остров, чтобы оставить там свою тень? И почему от этого у меня так горит всё внутри, будто мне в живот напихали льда с крапивой?

Когда Пэн прерывает поцелуй, у меня кружится голова, а когда я выпрямляюсь, встав на пол обеими ногами, меня шатает.

Вейн внезапно ловит меня. По его челюсти ходят желваки, он плотно стискивает зубы, а затем переводит взгляд на мою шею, где на коже наверняка ярко выделяются синяки от его пальцев.

– Скажи близнецам, чтобы намазали тебя мазью, – приказывает он. – Это поможет от синяков.

Почему я не могу сделать вдох полной грудью?

Сердце быстро стучит в ушах. Вейн так и не убрал руки, он настолько близко, что я чувствую жар его дыхания на своей коже. По мне бегут мурашки, я сжимаюсь, как пружина.

Как я могу относиться к нему холодно, когда он так себя ведёт?

Я как цветок, которому отчаянно нужен свет, но он пойман в ловушку тени.

Возможно, то, что происходит сейчас, наиболее жестоко. Тот факт, что он может быть со мной вот таким, а потом сразу же возненавидеть меня с новой силой.

– Иди, – говорит Вейн. – Мне нужно поговорить с королём.

Я делаю глубокий вдох, прощаюсь с ним быстрым кивком, подбираю свою одежду и спешу вверх по лестнице.

* * *

Я нахожу близнецов на кухне, и оба, кажется, не в настроении.

Они голые по пояс. Волосы у Баша мокрые, как будто он только что из душа, и на свету блестят, как масленые. Он у кухонного стола смешивает ингредиенты, а Кас стоит позади него с чашкой кофе в руке, прислонившись к стойке.

За окнами уже темно, я едва различаю полосу океана.

Думаю, когда связываешься с королём, который не может видеть солнечный свет, то и для тебя дня больше не существует.

– Привет, – говорю я.

Близнецы не реагируют.

Баш переворачивает в миску чашку с мукой и начинает размешивать тесто так яростно, что в воздух поднимается белая взвесь.

– Всё в порядке? – уточняю я.

Кас моргает, возвращаясь к реальности, и поворачивается ко мне. Он улыбается, но ярко-белые зубы едва виднеются из-за плотно сжатых губ.

– Да, всё хорошо.

Я тянусь мимо него к френч-прессу и наливаю себе чашку кофе.

Они оба какие-то напряжённые.

Я тоже в напряжении после стычки с Вейном, и мне безотчётно хочется поднять себе настроение и почувствовать себя лучше.

Я ставлю кофе и встаю перед Касом. Он смотрит на меня сверху вниз, задрав острый нос.

– Ты уверен, что с тобой всё в порядке? – спрашиваю я и обхватываю его яйца сквозь шорты.

Он издаёт низкий стон.

Возящийся с едой Баш у меня за спиной приостанавливает движения.

– У нас много забот, Дарлинг, – говорит Кас.

– Каких, например?

Звон колокольчиков разливается в воздухе. Этот звук, как я уже знаю, означает, что близнецы разговаривают друг с другом на языке фейри, намеренно исключая меня из беседы.

Я поглаживаю Каса, чувствуя, как его член начинает набухать под моей рукой. Скрипнув зубами, он переводит взгляд на брата и снова смотрит на меня.

– Тебе не надо это делать сейчас, Дарлинг.

– Да неужели?

– Дарлинг, – произносит Баш позади меня. – У нас выдался довольно сложный день.

Почему все вдруг отвернулись от меня?

Я шумно выдыхаю, подхожу к Башу и засовываю руку ему в штаны. Он вздрагивает, рычит и отставляет миску в сторону.