Книга Принц Фейри, страница 38 – Никки Сент Кроу

– Я занят, – говорит Баш.

– Я бы не позволила ему надеть рубашку, – говорю я Вейну.

Он ворчит, обходя островок и поправляя манжеты пиджака.

– Ого! – я перестаю жевать. – Милый младенец Иисус.

Вейн смотрит на меня.

– Проглоти свою еду, пока не подавилась.

Я так и делаю, а потом:

– Значит, можно подавиться членом «Потерянного мальчишки», но не курицей с печеньем?

Баш смеется в свою чашку, и кофе переливается через край.

Вейн не отвечает мне, потому что знает, что я просто пытаюсь его разозлить, и он не ошибается.

– Ты выглядишь чертовски потрясающе в этом пиджаке, – говорю я ему.

Он поводит плечами, словно пытается устроиться в нем поудобнее.

– Ненавижу его.

Пиджак черного цвета с жестким воротником, который оттеняет его острый подбородок в темноте. На нем нет ни видимых ниток, ни вышивки. Для Вейна черный цвет – это просто черный цвет. Он не нуждается в украшениях.

– Перестань корчиться, – говорю я ему.

Он ворчит на меня. Баш снова сдерживает смех.

– Одевайся, – приказывает ему Вэйн. – Мы скоро уходим. Дарлинг, ты достаточно поела?

– Да, и Кас одел меня, – Я соскальзываю с табурета и расправляю юбку. Вейн перестает теребить свой пиджак.

Между нами словно возникает связь из разделенной тени. Трепет. Волнение. Радость.

Мы с Вейном смотрим друг другу в глаза. Я не думаю, что он часто позволяет себе испытывать такие эмоции, а если и позволяет, то никому об этом не говорит.

Но сейчас от меня этого не скроешь.

Мой вид в красивом платье растрогал его.

Я расплываюсь в широкой улыбке, затем приподнимаю юбку, чтобы покружить его, как я это делала с Касом.

– Ты прекрасно выглядишь, Уин, – говорит он, теперь его голос звучит мягче, жесткие нотки сглаживаются.

– Спасибо.

Мне требуется минута, чтобы осознать, что мы снова одни, близнецы ушли переодеваться в свои нарядные одежды.

– Ты не видела Пэна? – Я спрашиваю у него.

Он качает головой.

– А мы об этом беспокоимся?

Он обходит остров и наливает немного кофе в одну из глиняных кружек.

– Пока нет.

Поправляя юбку, я подхожу к раковине, чтобы встать рядом с ним. Он смотрит в окно на снег, который начинает падать на землю Неверленда.

– С ним все будет в порядке, – говорю я Вейну, но чувствую, что пытаюсь убедить в этом себя не меньше, чем Темного.

– Я знаю, – говорит он, не отрывая взгляда от горизонта.

Кажется, что прошло совсем немного времени, когда мы стоим там вместе и смотрим на синее небо и заснеженный остров, но не успеваю я оглянуться, как Кас и Баш возвращаются, и воздух наполняется звоном волшебных колокольчиков.

Я поворачиваюсь к ним лицом и тихо присвистываю.

– Черт возьми. Все в восторге.

Близнецы стоят бок о бок в конце островка. Волосы Каса распущены, и они блестят, как черное дерево, повторяя изгиб его широких плеч. Волосы Баша зачесаны назад, но не уложены, и несколько прядей пытаются взбунтоваться и свисают ему на лоб.

Он снова зачесывает их назад пальцами.

На них обоих сшитые на заказ черные пиджаки, такие же, как у Вейна, но воротнички у них опущены и переходят в широкие лацканы. Белые рубашки на пуговицах немного оттеняют черный цвет.

– Я что, единственная, кто сегодня одет в цветное? – Я шучу.

– Нет, не единственная.

Мы все тут же поворачиваемся к Питеру Пэну, занимая пространство в дверном проеме.

У меня что-то сжимается в груди, потому что я не могу нормально дышать, когда вижу его.