Книга Пожиратель Людей, страница 48 – Никки Сент Кроу

— Разумеется, Ваше Величество.

Затем он с усилием оттаскивает кресло от стола, уводя его к стене.

— Ну же, Джеймс, — говорю я. — Присоединяйся ко мне.

Джеймс встаёт. Паж переставляет его кресло ко мне, и следом один из слуг сдвигает сервировку ниже по столу, и для Джеймса, и для Рока.

— Вот, — говорю я и улыбаюсь Хэлли. — Так лучше.

Жила, тянущаяся по центру лба Хэлли, вздувается под кожей. Леди Марет Шэйд кладёт свою бледную, тонкую руку ему на бедро и успокаивающе сжимает. Часть его напряжения спадает.

За это я потом расплачусь. Но сейчас оно того стоит.

Стакан Джеймса наполняют. Я машу пальцем своей служанке, и она пробует его напиток.

Джеймс бросает на меня взгляд, но я делаю вид, будто не замечаю.

— С вами хорошо обращаются? — спрашиваю я.

Он облизывает губы. Я помню, как целовала их. Помню нежность его губ на моих, помню голодный вкус его языка, который пробовал меня.

Впервые за очень долгое время между ног вспыхивает жар, и он застаёт меня врасплох настолько, что я краснею.

— Щедрость вашего двора не знает границ, — говорит Джеймс.

Я окидываю взглядом зал: люди медленно расходятся по своим столам.

— Где Рок?

— Хотел бы я знать, — стонет Джеймс.

Я отпиваю из кубка. Значит, они не настолько близки, чтобы быть в курсе каждого шага друг друга.

Признаюсь, когда я увидела их вместе, меня кольнуло завистью. Думаю, я завидую любому, кто может существовать в их орбите.

Увидев их на коленях, плечом к плечу, я хотела злитьсяна Джеймса за то, что он там, где мне хотелось бы быть, и на Рока за то, что у него есть то, чего я всегда хотела в Джеймсе. Но, конечно, это смешно.

Не то чтобы они вместе. Вместе-вместе.

Я украдкой смотрю на Джеймса. И вдруг мне приходит в голову, что я могла неверно истолковать их близость как чисто формальную.

А если между ними есть нечто большее?

А если лишняя здесь я?

И как раз когда я убеждаю себя, что это только у меня в голове, больше паранойя, чем факт, Рок входит в зал, и Джеймс выпрямляется, его дыхание меняется, становится более поверхностным, взволнованным.

Он сглатывает, кадык опускается в его идеальном, прекрасном горле.

И у меня падает желудок.

Нет. Нет.

Ревность взметается, угрожая утопить меня.

— К… кхм, Крокодил, — объявляет герольд.

Тишина, накрывающая толпу, может быть описана только как гул.

Будто в зал вошёл сам король.

Пусть Рок и не королевской крови, но у него есть репутация.

Если вас не очаровала его харизма и не пленила его красота, вы боитесь его силы.

Невозможно не насторожиться, когда Крокодил входит в зал.

Теперь он поймал нас всех, и он это знает. С Роком невозможно совладать, зато Рок отлично знает, как совладать с нами.

Он улыбается двору всеми своими идеальными белыми зубами, сверкая острыми резцами.

У меня перехватывает дыхание.

Он тоже успел наведаться к Биттеру. Но если Джеймса Биттер одел в элегантный военный костюм, то он понимал: на Роке любая отделка лишь отвлечёт от его красоты.

На нём строгий чёрный костюм без украшений, который обтекает его тело в самых правильных местах.

Рядом со мной Джеймс вздыхает, и я оглядываюсь на него.

— Вот что я в нём всегда ненавидел сильнее всего, — признаётся он, его голос низкий и хриплый.

— Что? — подталкиваю я.

— То, черт возьми, как ему идёт костюм.

У меня чуть приоткрывается рот, в носу жжёт.