Книга Между Рассветом и Закатом, страница 11 – Джейми Шлоссер

— Зелла, — шепчу я, скользя губами по её подбородку, спускаясь к шее.

Она нежно прикусывает моё ухо, и когда её язык касается чувствительной точки, я не сдерживаю стон.

Желание овладеть ею становится почти невыносимым.

Здесью Сейчас. Немедленно.

Но это неправильно.

Похоже, она не согласна. Её руки скользят по моей спине, пытаясь стянуть рубашку. С расправленными крыльями снять её невозможно, и я боюсь, что Зелла просто разорвёт ткань. После нескольких секунд борьбы она сдаётся и добирается до моих лопаток. Когда её ногти царапают основание крыльев, я срываюсь на хрип.

— Не торопись, — прошептал я, целуя пульсирующую жилку на её шее. — Не торопись. Моё самообладание и так на пределе.

— Мы ждали достаточно долго. Я хочу тебя, Кирит, — отвечает она, и её губы, припухшие от поцелуев, выглядят невыносимо соблазнительно.

— Не здесь. Это небезопасно.

— А где тогда? Когда?

— Твоё нетерпение очаровательно, моя сладкая, — усмехаюсь я, подхватывая её на руки. — К счастью, я знаю место. И оно совсем недалеко.

Не слишком далеко отсюда?

Мы летим уже больше часа. Нервы на пределе, а возбуждение достигло небывалой высоты. Между бёдер пульсирует жар, соски под платьем твёрдые и упругие — это почти болезненно.

Кирит, должно быть, чувствует то же. Его лицо напряжено: брови сведены, челюсти сжаты, под тёмной щетиной перекатываются желваки. Его обычно мягкие губы теперь сомкнуты в тонкую линию.

Он устал. Полёты сами по себе выматывают, а уж лететь, держа кого-то на руках, — вдвойне.

Я начинаю сомневаться, доберёмся ли мы когда-нибудь до места назначения, но вдруг чувствую, как воздух вокруг меняется. Мы пересекаем грань Рассвета и Заката.

Это знакомое ощущение. Моё сердце учащённо бьётся, когда я вспоминаю все те мгновения, когда радовалась нашим с Киритом тайным встречам.

Но на этот раз я с ним.

И, надеюсь, нам больше никогда не придётся расставаться.

Я прижимаюсь к нему ближе. Воздух становится прохладнее, ветер несёт терпко-сладкий аромат.

Я смотрю вниз — и вижу рощу гюззелий. Этот цитрусовый фрукт — мой любимый.

Кирит это знает. Я почти решаюсь предложить остановиться, но он, видимо, слишком спешит остаться со мной наедине: его крылья лишь сильнее рассекают воздух, и мы ускоряемся, поворачивая на юг.

Жжение в моей ране сменилось тупой болью. Я осторожно двигаю крыльями — проверяю, слушаются ли они.

Оглядываюсь через плечо и замечаю, что кожа уже срослась. Она всё ещё розовая и покрыта тонкой коркой, но я поражена, как быстро всё заживает.

Понимая, что крылья мне больше не нужны, я складываю их, позволяя им мягко скользнуть в прорези на спине.

По мере того как мы углубляемся в нейтральные земли, небо меняется.

Позади нас — сияние Царства Дня. Впереди — тьма, принадлежащая Ночи. А посередине — переливчатая лента света, где сталкиваются День и Ночь.

Это словно бесконечная река радуг, текучая и живая.

— Мы почти на месте, — говорит Кирит, и его тёплое дыхание щекочет кончик моего уха.

Мы парим над густым лесом. Большинство деревьев зелёные, но некоторые покрыты белыми и розовыми цветами.

Эту часть Рассвета и Заката я никогда раньше не видела.

Перед нами — высокий водопад. Туман стелется над прудом, образуя плотное облако.

— Водопадный туман, — говорю я, глядя в его кристально-голубыеглаза. — Ты пробовал его?