Книга Забытая жена из горного края, страница 25 – Ника Цезарь

— Вижу, что всё далеко не просто…

* * *

Когда Эйлин с упоением рассказывала о том, как они переплывали море, я несколько иначе представляла транспорт, что их вёз. Мне виделся корабль с белыми парусами, на носу которого стояла девушка и смотрела вдаль. А потому перед тем, как взойти на борт видавшего виды баркаса, я вознесла молитву матери сущей. Пусть она позволит нам переплыть пару километров, что отделяют остров от большой земли, в целости и не отправит на дно морское.

Оглянувшись через плечо, я отметила, что местные вопреки своему обычаю пришли к небольшому причалу и теперь с любопытством наблюдают за нашим отбытием. Конечно, здесь были и рыбаки, что доставали свой утренний улов из сетей. Они вышли в море впервые за несколько дней и радовались обилию рыбы, трепыхавшейся в сетях, сверкавшей в лучах восходящего солнца. Но даже они то и дело поглядывали в сторону нашего готовящегося к отплытию судёнышка. Казалось, внимание местных вызвано не просто любопытством. Истинная причина — они пришли удостовериться, что чужаки отплывают и больше небудут топтать их дивный остров. Они ни на миг не позволили нам забыть, что мы здесь чужие…

Старая Инга тоже пришла проводить нас. Она, согнувшись, спускалась к берегу, опираясь на длинную палку, служившую ей клюкой, сторонясь своих соседей; те же, в свою очередь, хоть и смотрели на неё с почтением, но рокот страха и неодобрения слышался в быстрых шепотках.

— Странная она, — констатировала я, обращаясь к Моргане, что стояла рядом и зорко следила за погрузкой нашего нехитрого багажа.

— Так можно сказать о каждом. Её зелье вытянуло Дави, — кинула та быстрый взгляд на охранника, что укладывал в наш нехитрый транспорт мальчонку. Слабого, но живого. Давина, по доброте душевной, хлопотала вокруг него, словно наседка.

— Инга появляется, когда хочет, и исчезает, когда пожелает… И это я ещё молчу о её предсказаниях.

— Совпадение? — тётя, обернувшись, как и я, наблюдала за её приближением. — Может ещё чего полезного поведает? Погода сегодня и вправду наладилась. А она тебе, похоже, благоволит, не будет лишним выслушать, что она хочет сказать. Отойду, может, будет откровеннее наедине?

Я оставила её замечание без ответа; старуха споро спустилась и теперь шустро сокращала между нами расстояние.

— Ты не торопишься подниматься на борт? — качнула она головой в сторону баркаса, крепко сжимая палку высохшими пальцами.

— Тороплюсь. Как только все погрузятся, взойду и я, — лаконично ответила ей, всматриваясь в выцветшие радужки глаз. Было что-то в ней, что меня отвращало. Да, она ничего плохого не сделала, наоборот, помогла, но… Всегда есть треклятое «но», что не даёт расслабиться.

— И никого не ждёшь? — недовольство сквозило в её движениях.

— Может, и жду, но какое тебе до этого дело?

Девчонки-духа до сих пор не было, и я начинала переживать. Казалось бы, мне от этого должно быть только легче, а в моей голове всплывали вопросы: как она тут ещё десяток лет одна будет?

— Глупая! Тебя предупредить хочу, уберечь. Не жди добра от келпи!

— Ты же говорила, что духи не добрые и не злые.

— Верно, — медленно прикрыла она глаза, словно обретая силы.

— Что в ней такого? Почему она не даёт тебе покоя?

— Не твоего ума дело, чужачка! Это только моя забота! — огрызнулась Инга, резко оборачиваясь.