Книга Баллада о зверях и братьях, страница 217 – Морган Готье

Финн выходит вперёд.

— Я могу его подлатать.

— Тогда сделай это. Допрашивать будем, когда он сможет говорить.

Финн принимается за дело, спасая жизнь демону, а Эрис помогает ему.

Мои колени подгибаются, когда я выхожу из состояния трансцендентности, и, как уже бывало бесчисленное количество раз на тренировках по полётам, Трэйн бросается вперёд, чтобы поймать меня, пока я не упала. Измотанная от огромной затраты энергии, я позволяю ему помочь мне сесть на пол. Повсюду осколки стекла и кровь, но, по крайней мере, мы все живы и целы.

Я смотрю на четыре тела, за смерть которых я ответственна, и делаю глубокий, уравновешивающий вдох. Хотя я знаю, что души Пожирателей, вселившихся в них, живы и уже ищут новых хозяев, часть меня всё равно чувствует вину за убийство невинных. Я вынуждена напоминать себе, что как только Пожиратель Душ захватывает тело, душа хозяина погибает, и он не чувствует той боли, которую я ему причинила.

— Ты сражалась достойно, Аурелия, —говорит Трэйн, привлекая моё внимание. Он улыбается мне, затем встаёт, уступая место Атласу.

— Ты в порядке? — он быстро осматривает меня на предмет травм. За исключением нескольких царапин, порезов и синяков, со мной всё хорошо.

Киваю и слабо улыбаюсь:

— Я бы не отказалась от сна.

Атлас смеётся, отбрасывая с моего вспотевшего лица прядь волос.

— Думаю, мы что-нибудь придумаем.

Сильвейн опускается передо мной на колени, в её глазах слёзы, на щеке пара царапин. Несколько мгновений мы просто смотрим друг на друга, пока слеза не скатывается по её лицу, и я теряю самообладание. Я бросаюсь к ней в объятия, чувствуя, как сходит тяжесть её боли. Предательство, которое она пережила, мне хорошо знакомо. Но ледяного короля больше нет, и он больше не сможет причинить нам зла.

— А ты где был? — Трэйн указывает на Ронана пальцем с упрёком и сужает серые глаза. — Ещё пара минут, и у нас с Аурелией были бы серьёзные неприятности.

— Кто-тоне упомянул, что солдаты короля будут патрулировать коридоры, — парирует принц.

— Я думал, это подразумевается, — невозмутимо говорит Трэйн, перешагивая через труп. — Какой король обходится без охраны?

— Немного предупреждения не помешало бы, — Ронан скрещивает руки на груди и фыркает.

— Подождите, — говорю я. — О чём вы двое говорите? — перевожу взгляд на Трэйна. — Ты знал, что Бастиан будет здесь?

Трэйн указывает на меня и говорит:

— Я об этом не знал.

— Тогда почему предупредил Ронана?

Ронан и Трэйн обмениваются взглядами, и я понимаю, что они что-то скрывали от меня.

— Кто-нибудь лучше пусть заговорит и быстро, — рычу я.

Трэйн с шумом опускается на ступени помоста, не обращая внимания на брызги крови, покрывающие пол:

— Годами я подозревал, что Армас причастен к твоему исчезновению. Лишь горстка людей знала о твоём рождении — родные и те, кто погиб в Великой войне. Это значительно сузило круг подозреваемых, но я был ребёнком, а никто не слушает мысли детей в вопросах большого значения. Так что я держал свои догадки при себе. К тому же, кто в здравом уме станет обвинять не только своего короля, но и деда в похищении ребёнка? Когда ты появилась, я стал наблюдать за Армасом. Он изменился. Был на взводе, а его стремление к уединению достигло предела. Я решил, что пора выяснить, оправданыли мои подозрения. Несколько дней спустя после твоего прибытия я поговорил с принцем Ронаном и втянул его в свои планы. Суть была проста: тебя нужно было защитить, и он полностью согласился сделать всё необходимое для твоей безопасности.