Книга Баллада о зверях и братьях, страница 195 – Морган Готье

— Он настоял на том, чтобы сопровождать тебя на бал, — говорит Сильвейн, вырывая меня из омута мыслей. — Сказал, что тебе нужна защита, — в её тоне слышится явная насмешка, но я рада, что он здесь.

— Принцесса, — он подносит мою руку к губам и нежно целует костяшки пальцев, когда подходит ближе. — Ты прекрасна.

— И ты выглядишь не хуже, — улыбаюсь я, стараясь не дать мыслям вспыхнуть у меня в ладонях.

— Аурелия? — спрашивает мать. — Мы идём на бал?

Я киваю:

— Думаю, пришло время, чтобы мой народ познакомился со мной.

Гордость вспыхивает в её глазах, и она с одобрением кивает:

— Есть кое-что, что я хочу, чтобы ты надела.

Я не сразу замечаю бархатный футляр синего цвета в руках Атласа, пока он не протягивает его моей матери. Она бережно его открывает,и внутри я вижу самую потрясающую тиару, которую когда-либо видела. Она выполнена из золота, по бокам сияют два небесных солнца, а в центре возвышается звезда Базилиусов. Маленькие бриллианты и жемчужины рассыпаны по всему венцу.

Она бережно держит её в обеих руках и говорит:

— Я заказала эту тиару в день твоего рождения, с намерением, что ты наденешь её на своё восемнадцатилетие. Для меня будет честью, если ты наденешь её сегодня, когда будешь представлена нашим союзникам.

Поскольку мы одного роста, я делаю реверанс, чтобы ей было удобно водрузить её мне на голову. Когда она оказывается прочно на месте, я выпрямляюсь и с гордостью улыбаюсь. Моя уверенность снова возвращается, и несмотря на чудовищные слова, которые Армас Базилиус сказал мне, я знаю без всяких сомнений — он невежественный фанатик, который не может быть более неправ насчёт меня. И я это докажу, даже если это будет последнее, что я сделаю.

Бальный зал нечто невообразимое. Тёмно-синие потолки с хрустальными люстрами, мраморные полы, позолоченные стулья, окна от пола до потолка занимают три из четырёх стен, а вдоль всей длины зала тянется балкон. Вид на горы, озеро и город внизу — ни с чем не сравним. Я думала, что библиотека предлагает лучшие пейзажи, но ошибалась.

Повсюду в бальном зале рассредоточены ледяные эльфы, гидры, бавийцы, троновианцы и даже несколько гномов из Дурна, ведут непринуждённые беседы, осушают бокалы вина и танцуют со своими великолепно одетыми партнёрами. Я думала, что балы в Мидори роскошны, но по сравнению с Леванорой они блекнут.

Глашатай⁴у единственного входа в бальный зал с грохотом ударяет золотым посохом об мраморный пол и восклицает:

— Её высочество принцесса Сильвейн Базилиус-Сол и её дочь, принцесса Аурелия Базилиус-Сол. С ними — лорд Атлас Харланд из Дома Делейни!

Все взгляды обращаются к нам, и я клянусь, музыка даже на мгновение сбивается при нашем появлении. Все не могут насытиться зрелищем потерянной принцессы. Среди тысяч изучающих взглядов, прикованных ко мне, Атлас обвивает мою руку своей и сжимает её в утешительном жесте. И в этот мимолётный момент кажется, будто в зале только мы вдвоём, и всё напряжение и давление уходят прочь. Он подмигивает и ведёт меня через весь зал к трону короля в самом дальнем конце. Мы все оказываем емудолжные знаки уважения: кланяемся и делаем реверансы, но как только я поднимаю взгляд от пола и смотрю на своего деда, замечаю, что его взгляд обращён не на меня, как я ожидала. Нет, он смотрит на Атласа. Вернее, на наши сцепленные руки.