Книга Королевство теней и пепла, страница 85 – Дж. Ф. Джонс

— Мне не за что держаться, принцесса. — Её тело напряглось. Но прежде, чем она ответила, Ниша двинулась.

Виверна сменила опору, распахнула огромные крылья; в ледяных глазах мелькнуло озорство.

— Твоя тварь издевается над нами? — спросила Алина с обвинением в голосе.

Кай криво усмехнулся. Ответить он не успел — Ниша рванула вперёд, крылья разрезали воздух. Принцесса закричала, но не от страха. Кай чувствовал, слышал по звуку, как в этом крике звенит смех.

Смех.

И что-то потянуло в его груди.

— Она может быстрее? — голос Алины был захлёбывающимся восторгом. Она откинулась, запрокинула голову к нему на плечо, прижалась спиной, и Кай застыл. Запах её духов клубился тёплой, пьянящей волной.

Взгляд упал — к шее, к мягкой, золотой коже. Он хотел… боги, как он хотел вонзить зубы в её горло, попробовать её жар. Его губы оказались слишком близко к её.

— Конечно, принцесса, — протянул он, дразня. Он ощутил, как у него под ладонями напряглась грудь, как сорвался вздох и румянец поднялся к скулам. — Citius, Nisha!

Виверна послушалась — нырнула в облака, быстрее, ещё быстрее, пока замок не обратился в точку внизу. Земля широко раскрылась под ними — леса, деревни, зубчатый хребет — всё мельчало.

Алина показала направление, и Кай повёл. Они пошли на снижение; ветер визжал в ушах, пока Ниша не ударилась лапами о землю в милях от жерла вулкана. Кай спрыгнул первым.

— Relinquo, Nisha.

Виверна загудела, встряхнула пыль с крыльев.

— И как мне слезать? — Алина всё ещё сидела в седле, руки на груди. Кай раскинул руки.

— Прыгай. Я поймаю тебя, принцесса.

Она колебалась:

— А если промахнёшься?

Улыбка Кая смягчилось, совсем немного.

— Я никогда не промахнусь. Обещаю.

Она прыгнула.

Крик. Рывок. И вот — она у него на руках. Кай держал, не двигаясь.

Её пылающие щёки.

Её губы — сочные, розовые, чуть приоткрытые.

Взгляд опустился. Обожжёт ли его её поцелуй? Она была тёплой, слишком тёплой. Солнце и огонь, золото, к которому нельзя прикасаться. Каково прижать к ней губы? Проверить, что сильнее — её жар или его холод?

Алина кашлянула, и Кай моргнул, очнулся, отпустил слишком резко.

— Relinquo, Nisha.

Виверна взмыла в небо.

Кай глянул вперёд — над жерлом маячили драконы.

— Ты потеешь, — заметила Алина.

— Я виверниец, принцесса. Мы живём в холоде. А у вас тут не совсем зима. И тем более вершина вулкана моей «болезни» не помогает.

— Сними что-то из одежды.

Кай выгнул бровь:

— Тебе бы это понравилось, да?

Алина закатила глаза:

— Прекрасно. Потей до смерти.

— Сниму что-нибудь, если ты тоже.

— Это не пари, виверниец. Неловко тебе. Я — драконийка, для меня это норма.

Кай склонил голову:

— Значит, просто дашь мне растаять? Я твой гость, принцесса. Следовало бы помочь.

— Я не раздеваюсь.

— Ты и не будешь раздетой, если мы оба.

— В этом нет смысла. Сотри самодовольную ухмылку немедленно, виверниец. Раздевайся или нет. В твои детские игры я не играю.

— А если я раздену тебя сам?

Алина застыла; дыхание перехватило, пульс забил барабаном о рёбра. Румянец расползся ярче, как раскрывающийся под солнцем лепесток, и выдал, насколько остро расходятся её решимость и огонь под кожей.

Кай шагнул ближе, его присутствие легло на неё немым обещанием, но он не коснулся. Пока. Только наклонил голову, опуская её к её лицу, пока их дыхания не смешались.