Книга Королевство теней и пепла, страница 48 – Дж. Ф. Джонс

— Нет, Ваше Величество.

Королева ещё миг вглядывалась, затем легко выдохнула, будто разговор её утомил:

— Нам следует вернуться. Невежливо лишать двор нашего общества. И у меня, кажется, начинается мигрень.

Она повернулась; шёлк прошуршал. Взгляд Мэл упал на розу у ног королевы — сорванную и смятую в её ладони.

Сломанную. Скрученную.

Предупреждение.

Ей не нужны были боги, чтобы понять. В этот миг она осознала свою участь: она — тоже роза в саду королевы.

И однажды её срежут.

…

Алина всегда ненавидела эти пышные действа. Они ввергали королеву в многонедельную истерию: всё — из-за мелочей, которых никто и не заметит. Король, как обычно, топил вечер в вине и байках из молодости. А гости? Каждый из них проводил ночь, разглядывая её, сдирая глазами каждый её дюйм, словно она и была главным представлением.

Особенно юные леди: замирали в ожидании следующего праздника, чтобы увидеть, во что оденется Алина. Потому что ей полагалось каждый раз превосходить саму себя. Ни одной выбившейся золотой пряди, иначе за спиной поползут шепотки. Каждое украшение на шее и пальцах начищали днями, чтобы сияли, как солнце.

Сегодня всё было иначе.

Впервые никого не волновало её золотое платье — даже с вышитыми драконами, инкрустированными драгоценностями. Никто не шептал, как ослепительно она выглядит при свечах, как безупречно наряд подчёркивает лицо.

Каждый взгляд — каждый острый, роящийся глаз — был прикован к виверианской принцессе.

Кровь Алины закипала.

Она всегда ненавидела внимание, бесконечный прицел, давление безупречности. И всё же… кем она была без этого? Никем. Брату — корона, даже если он её не хочет. А ей? Никто никогда не спрашивал, чего хочет она. Будущее ей выбрали при рождении: богатый лорд, чужое имение, медленное растворение в забвении. Да, балы и пиры останутся. Но она навсегда останется лишь этим — принцессой.

И даже если Эш не оставит наследника, корона всё равно минует её — осядет на голове одного из её сыновей. Словно она всего лишь сосуд, а её собственная способность править недостойна обсуждения.

Алина нужна для одного — дефилировать в роскошных платьях, быть самой завидной красоткой страны. Что бы она ни надела — становилось модой; её прихоти диктовали,как одеваться дворянкам. Они мечтали быть на неё похожими. Завидовали. Но чему тут завидовать? Для королевства она делала ровно ничего, кроме моды. Женские причёски менялись в такт её настроению.

Она красива.

И при этом гораздо больше, чем просто красива.

Тень в коридоре перебила ход мыслей.

Виверианский принц. Кай.

Алина проводила его взглядом в дверной проём, в глубь замка.

Мгновение сомнений. Если уйдёт с пира, мать взбесится. Ну и что? Королевы не было видно, а король, окружённый дружками, в сотый раз пересказывал никому не интересную историю.

Алина шагнула вслед.

Она спустилась по узкой винтовой лестнице для слуг. Воздух холодел; чем ниже, тем сильнее в груди шевелилась тревога.

И вдруг дошло.

Они шли к драконьим пещерам под замком.

Алина застыла. Ей туда нельзя без сопровождения. Подходить к зверям позволено лишь драконьим смотрителям.

Но, несмотря на здравый голос в голове, она сделала ещё шаг.

— Не стоит так пугаться в собственном доме, принцесса, — прошептал в темноте голос.

Алина дёрнулась от близости звука, вгляделась в мрак — слишком темно, ничего не видно. Он проявился внезапно, привалившись к каменной стене; на стенном крюке вспыхнул фонарь.