Книга На Дороге, страница 73 – Софья Вель

— Отдай, гнида! — резким движением пуговицу сорвали. Гаснущим сознанием Лиро цеплялся за обрывки фраз.

— Эй, Гвидо! Зачем сразу ножом? Хватило бы и камня, чтобы оглушить… — в голосе подельника, спасшего Гвидо от удушья,звучало недоумение.

— Эта крыса слепая меня едва не убила! — сбитым голосом отозвался юнец, прокашливаясь.

— Он умер! Ты убил его!

— Тшш, Квирл, не кричи, лучше помоги!

Лиро понял, что его тащат, взгляд прояснялся, он увидел спины двух оборванцев, тянувших его к куче мусора. Он бы закричал, но уже не мог. Тело ничего не чувствовало.

— Что это у тебя? — продолжил мальчишка.

— Слепая крыса был богач!

— Если Одноглазый увидит, точно отнимет! — хрипло протянул мальчишка.

— А мы старому цыгану не скажем, поможешь мне?

Лиро уже не слушал юных убийц, он во все глаза смотрел на страшные, зубастые тени, обступившие беззащитное тело, похороненное в куче мусора. Вдруг тени посмотрели на него….

Гвидо склонился над пуговичкой, гладя пальцами. Да за такую…

— Здравствуй, Гвидо, — от певучего, бархатного голоса говорившего побежали мурашки.

Юный убийца хотел сказать что-то дерзкое, вроде: "здарова-корова, проходи, пока здорова…", но он не осмелился. Что-то в голосе вызывало оторопь и волну страха.

Гвидо медленно поднял глаза и замер. Напротив него стоял очень высокий человек. И то ли высокий незнакомец стоял против солнца, то ли Гвидо и правдо не показалось, но неизвестный буквально сиял. Свет окружал его ареолом.

Гвидо быстро опустил глаза, не дерзая заглянуть в лицо собеседнику.

— Скажи, сколько хочешь за безделицу? — продолжил речь незнакомец.

Гвидо сжал пуговичку, очень боясь, что незнакомец с легкостью отнимет. Но тот и не думал прибегать к силе, его голос звучал по-отечески ласково:

— Я знаю, чего ты хочешь, Гвидо… Ты хочешь сбежать от цыган вместе с другом, но боишься, верно? Рано или поздно цыгане найдут тебя и тогда… несдобровать вам обоим.

Гвидо вперился взглядом в пыльную улицу.

— Гвидо, я предлагаю сделку. Завтра к утру ты будешь свободен и при деньгах, удача будет благоволить к тебе всю твою жизнь, за это ты отдашь мне её.

Незнакомец едва коснулся руки с зажатой пуговицей. Мальчишке показалось, что его пробило молнией.

— Согласен?

Гвидо молчал, он мечтал о побеге из табора все то время, пока себя помнил. Быть проданным с измальства цыганам- что может быть страшнее! Подлые цыгане отняли у него дом, выменяв его у пьяной матери на выпивку. Сбежав, он мог бы отыскать отца!

— Твой отец мертв, — тихопроизнес незнакомец, — считай, так он заплатил за твою свободу… Так что, согласен?

Мальчик мотнул головой в знак согласия, отчего-то в словах о смерти родителя он не усомнился.

— Повтори в слух, согласен? — голос незнакомца заполнил сознание целиком.

— Согласен, — выдохнул мальчик. К пуговке протянули руку в вопрошающем жесте. Гвидо положил её на холеную ладонь.

И собеседник растворился, как и не было.

Гвидо резко осмотрелся по сторонам, развернулся вокруг оси, но в закоулке, куда он убежал разглядывать отнятую у слепого музыканта побрякушку, было пусто. Только солнце из зенита перешло к закату.

Мальчишка обругал сам на себя. Ух и всыплет ему Одноглазый! За день-то без навара!

Гвидо был умелым воришкой-карманником, но сколько бы он не принес — старому цыгану было мало. За что Гвидо часто били.