Книга Сети Поднебесья, страница 72 – Софья Вель

Сильвия поняла, что сгорит, что не выйдет из огненного ада. Сознание начало меркнуть, перед внутренним взором поплыло марево. Нефрил бушевал, вся ярость боя уходила сейчас в её тело. На секунду очнувшись, она до боли сжала непослушную руку в кулак. Рука сжалась и безвольно упала. Их объятья стремились оплавить камень.Сознание вновь померкло, Сильвия снова очутилась в раскаленной пустыне, и не было сил, чтоб подняться или даже ползти…

Мысли стали затухать, как вдруг, тонкий ручеек коснулся её, откуда он здесь? Это же пустыня, рожденная нефрилом в крови Алеона. Нежное прикосновение воды развеяло сомнения. Сильвия жадно припала к источнику и смогла поднять эфирное тело. Ручеек перешел в реку, а из реки в запруду, полную темной, илистой воды. Сильвия, не раздумывая, кинулась в иллюзорное озеро. И, о чудо! Вода озера укрощала нефриловый огонь, неся прохладу и покой. Жар сменился теплом, заполняя им эфирное тело.

Сильвия очнулась, голова шла кругом, синяки саднили, а губы сильно распухли. Алеон лежал рядом, грудь его мягко вздымалась и опадала, голова была откинута, а глаза закрыты, но дыхание было ровным и спокойным. Он еще не вернулся из своих ментальных путешествий.

Княгиня огляделась. Комната была разбита, местами опалена, на ложе истлело покрывало и камень действительно оплавился.

Забрезжил рассвет. Они пробыли в нефриловых тенетах половину ночи.

Сильвия почувствовала на себе взгляд. Алеон очнулся, и смотрел на княгиню во все глаза. В тот миг они были почти человеческим, серо-зелеными, лишь с легкими искорками-всполохами нефрила

— Сил, — прошептал Ален, — больше никогда, слышишь?! — Он протянул руку к синяку на запястье и застонал.

— Напротив, — сощурившись, пожала плечами Сильвия, синяки болели очень, но на душе было легко. — Алеон, смотри, твой нефриловый огонь стих.

— Сил, что ты делаешь? Ты правда не понимаешь?! Ты едва не погибла! — он выкрутился и резко вскочил, искорки-всполохи перешли в зарницы.

— Ал, я могу усмирить сжигающее тебя пламя! Облегчить боль…

— Нет! Не такой ценой, не таким риском!

— Да. — спокойно закончила Сил. — Прошу, останься.

— Ты безумна. — Алеон выдохнул, и Сильвия мгновенно провалилась в сон. Когда она очнулась, был уже день. Все синяки были сведены магией, а Алеон покинул замок.

Солео. Влюбленность.

Солео крутила в руках подарок Элеоноры, пуговка ловила лучи солнца и преломляла их радужными бликами. Они крапинками рассыпались по столу, полному пергаментов. Девушка то и дело играла пальчиком, заставляя блики бегать по свеженаписанным строфам.

Юная пленница Аэр’Дуна не замечала, как тихонько улыбалась. Она сама, точно прозрачный кристаллик в маленьком ромбе из золота, отбрасывала блики счастья.

Солео скучала по встречам с крестной мамой, но понимала, что пока Лорд в замке, они не возможны. И тогда она забывалась в мечтах. В них все было занято Нелюдем, обретшем, наконец, законное имя — Эль'Сигнорин!

Солео раскатывала "р" как рык, а первое "Эль" произносила мягко, певуче. Имя казалось ей самым необыкновенным и мелодичным. Стоило ее лесному спасителю обрести плоть и кровь, как задавленное страхом чувство раскинуло ветви платана, плотно оплетя корнями сердце и разум девушки. Ей мечталось, что прекрасный Нелюдь узнает о ее заточении, придёт и спасет, как это бывало в волшебных сказках.