Книга Знахарка для оркского племени, страница 87 – Юлия Эллисон

Положив трубку, я почувствовала небольшое удовлетворение. Одна проблема решена. Потом мне в голову пришла гениальная идея. Я полезла в интернет и заказала партию специальных брелоков-трекеров.

«Найдете вора — получите премию», — пропела я мысленно, уже представляя, как наш таинственный вор будет метаться по больнице, а я смогу отследить его маршрут в реальном времени на телефоне.

Удовлетворенная своей изобретательностью, я пошла оценивать работу отделов.

С «проверяющим» Валерием Маратовичем все было в порядке. Лориэль с невозмутимым видом сидел на консультации у кардиологов, внимательно слушал и даже делал заметки в блокнотике, периодически задавая на удивление толковые вопросы о показаниях ЭКГ. Коллеги пыжились, старались изо всех сил, а он кивал с видом глубокомысленного понимания.

Я обошла терапевтическое отделение, заглянула в процедурную, зашла в рентген-кабинет. Везде меня встречали слегка испуганными, но деловыми лицами: слух о «проверяющем из министерства» сделал свое дело. Работа кипела. Правда, в травматологическом отделении я застала небольшую суматоху: молодой врач-интерн пытался объяснить пожилому пациенту, что гипс на ноге — это не навсегда. Лориэль, стоя рядом, наблюдал за этой сценой с легкой улыбкой, а потом, к моему ужасу, вмешался.

— Простите, коллега, — сказал он своим мелодичным голосом, — но, согласно последним исследованиям, позитивный настрой пациента ускоряет сращение костей на двенадцать процентов. Возможно, стоит сменить тактику убеждения?

Интерн и пациент уставились на него. Я поспешила удалиться, прежде чем начать хохотать.

Вернувшись в кабинет, погрузилась в бумаги. Отчеты, акты, ответы в министерство, служебные записки… К концу дня у меня начало рябить в глазах от строчек и печатей. С бумагами сегодня работы хватило по самую маковку.

Я уже мечтала о том, чтобы вернуться в свою оркскую палатку, где самые сложные документы — это нарисованные на шкуре странные символы оркского языка.

Катя снова постучала и заглянула.

— Эльвира Бонгановна, пациентов больше нет. И… Валерий Маратовичспрашивает, когда вы планируете закончить. Он, кажется, устал.

Я взглянула на часы. Боже, уже вечер! Совсем засиделась.

— Скажи ему, что через пятнадцать минут я свободна. И сама собирайся, Кать, спасибо за сегодня.

Когда наконец вышла из кабинета, Лориэль ждал меня в коридоре. На нем все еще была моя сиреневая форма, и он выглядел немного помятым, но глаза блестели живым интересом.

— Интересный у вас мир, — сказал он задумчиво. — Столько сложных устройств для лечения… и столько бумаг.

— Угу, — вздохнула я. — Пошли, «Валерий Маратович». Пора домой. Там, надеюсь, меня ждет муж, который не спрашивает, подписала ли я акт сверки.

Вернувшись в мир орков, я тут же отметила, что Громора нет в кровати. Пространство казалось слишком большим и тихим без его могучего тела, растянувшегося на шкурах. Зато Барсик встречал меня громким, обвиняющим мяуканьем из глубины палатки и тут же выкатился, как пушистый шар негодования, начав тереться о мои ноги, давая понять, что его кормили не по расписанию и это чудовищное преступление требует немедленного возмещения ущерба в тройном размере.

— Знаю, знаю, пушистый тиран, — вздохнула я, опускаясь на корточки, чтобы почесать ему за ухом. — Мамочка вернулась, сейчас все исправим.