Книга Луна и Стрелок, страница 97 – Эмили С.Р. Пэн

В тот декабрьский день, когда он повел семью в ресторан «У Джузеппе», ему не терпелось сообщить новость. Потребовалось собрать все силы в кулак, чтобы не проболтаться, ведь это был сюрприз. Он скажет Луне… когда? В марте? Надо будет подумать. Нельзя же сказать ей прямо сейчас, когда она сидит и работает над заявками! Она решит, что он шутит. Или спятил.

Там, в ресторане, он любовался своей сообразительной, красивой дочерью, которая, совершенно не ведая, как она прекрасна, аккуратно ела минестроне. Когда он думал о ней – такой юной, такой многообещающей, – его распирало от гордости. Хорошая ученица, которая скоро назовет Стэнфорд своей альма матер.

Даже сейчас, несмотря на весь ее гнев и нежелание понять, Сюэцин все еще чувствовал то же самое. Он любил дочь так, как любят божество, почитал за честь поклоняться ей. Чувство, одновременно тяжкое и пьянящее, ноша, взваленная на плечи. Он будет счастлив нести ее до конца своих дней.

Что-то произошло. Когда Луна забирала его, ее глаза были красными. Он потянулся к водительскому сиденью, и она молча уткнулась ему в грудь. Тишину нарушал лишь клик-клакповоротника.

– Что случилось? – спросил он ей в макушку. – Хочешь говорить?

По ее телу прошла дрожь. Хантер был почти уверен, что она сдерживает слезы.

– Хорошо, – сказал он.

Луна вздохнула, почти всхлипнула:

– Поехали. Нас увидят.

Он вытянул шею, чтобы посмотреть в окно. Они осторожничали, встречались в трех кварталах от его остановки, но она была права. На этой обочине они как на ладони, и он точно не знает, когда отец выезжает из дома.

Он откинулся на сиденье и пристегнулся:

– Можешь вести машину?

– Со мной все нормально.

Весь день она ходила поникшая, и он ломал голову над тем, что может развеселить ее или хотя бы отвлечь.

Когда уроки закончились и они шли на парковку, его осенило:

– Слушай, поехали ко мне?

Этопривлекло ее внимание.

– Прямо сейчас?

Хантер кивнул:

– Еще пару часов точно никого не будет. У Коди сегодня продленка, и я только что вспомнил, что родители будут у отца на работе.

Она переплела свои пальцы с его и сказала:

– Давай.

Машину оставили у дома Луны: так будет меньше подозрений. Было не особенно холодно, но, пока они шли через лес, Хантер спрятал ее руку себе в карман. Она была так близко, что он чувствовал запах ее шампуня.

Когда показался угол его дома, появилась неловкость. Его дом был раза в три меньше, чем дом Луны. Она увидит захламленную гостиную, кухню с пятнами на мебели. Отпирая дверь, он услышал, как ухает сердце.

– Прости, тут так… – Он махнул рукой.

– Тут живешь ты, – ответила она, как будто этот простой факт затмевал все.

Он провел ее в свою комнату, с облегчением отметив про себя, что недавно они с Коди там прибрались. Луне захотелось в домик из одеял, и они заползли туда, смеясь над теснотой. Луна наступала ему на носки, вспомнив их дурацкую игру. Они начали смеяться, потом целоваться, и вот уже пальчики Луны тянутся к молнии на его джинсах, а он запустил руки ей под футболку.

Ух и проголодался же он. На сей раз презерватив у него был наготове.

– Погоди-ка, – сказала она, стоило ему надеть его. – Правильный ли угол? Может, я… сменю позу?

Он ухмыльнулся ей в макушку:

– У нас тут не тригонометрия. Правильный угол– это тот, под каким тебе хорошо.