Книга Луна и Стрелок, страница 89 – Эмили С.Р. Пэн

И что. Это того стоило.

Он был так поглощен воспоминаниями о Луне – о ямке ее пупка, о ложбинке между ключиц, – что, лишь когда подходил к дому, заметил, что отец стоит в темном дверном проеме и ждет его.

– Это ты взял его? – спросил он.

– Взял что? – Хантер немедленно напрягся.

Отец схватил его за ухо, втащил в дом, проволок мимо гостиной на кухню.

И там начал на него орать:

– Ты всегда был подонком! Я знаю, что это ты его украл!

Хантер ощутил себя в страшном сне: он – коряга, которую швыряет туда-сюда сердитый океан. С трудом верилось, что каких-то пару часов назад они с Луной, сплетенные, лежали на полу хижины.

– Ты вообще о чем?

Удар был неожиданным. Хантер влетел в холодильник, смутно уловив лишь, что мать визжит и требует от отца остановиться. Отец дал ему в ухо. Казалось, его поразил гром.

– Идиот! Ты хоть знаешь, что это он нас прятал? Чтó ты с ним сделал? Ты не заслужил, чтобы мы тобой гордились, а теперь подверг нас опасности!

Только из-за вопля Коди он опустил руку, занесенную для второго удара. Коди, который тут же расплакался, когда Нефрита вырвалась у него из рук и забилась под кухонный стол.

Мать утащила отца в коридор. Как только Коди перестал плакать, Хантер отвел его в спальню, где они для верности заперли дверь и водворили крольчиху обратно в клетку.

Хантер уложил младшего брата в постель, а сам лег на пол и стал пялиться в потолок – сон никак не шел.

Луна ожидала, что после секса она станет другой, однако оказалось, что по большей части в ней мало что изменилось. Да, между ног былоощущение, что у нее обнаружилась еще одна часть тела. Нет, боли, которая «боль – это плохо», она не чувствовала; скорее, она как будто натрудила мышцу, и та давала о себе знать.

Начали они легонько и нерешительно. Потом ее тело и тело Хантера поняли, что делать. Сняв футболку, она увидела пурпурные цветки там, где его губы соприкасались с ее кожей. Они уже бледнели. Не засосы, нет – какое омерзительное слово, и сами такие же мерзкие, как синяки. Нет, то были следы магии, которую они открыли в автобусе. Их тела общались.

Луна хотела снова быть с ним. Узнать все языки, на которых говорят друг с другом их тела.

Ей подумалось: не схожее ли чувство толкнуло мать на измену отцу, – но она тут же задавила эту мысль.

Она никогдане будет такой, как мама.

Луна села на кровати. Вот уедет мать по субботним делам – тогда-то она и расскажет отцу. Пока что он рассержен на нее за то, что вчера вечером она вернулась домой поздно. Но долго это не продлится. Так было всегда.

А когда он узнает, чтó она хочет рассказать…

Что ж. Он примет ее сторону. Ее мать, его жена предала их худшим из возможных способов. Вместе они решат, чтó делать дальше.

Она слышала, как щебечут родители за завтраком. Это выглядело до омерзения нормальным.

Луну беспокоило и еще кое-что. Вчера она поняла, что пошла вразнос. Злость на мать и желание быть с Хантером слились воедино, и скоро она ощущала лишь желания своего тела, неистовые, точно фейерверк. Но почему именно их? Если уж быть предельно честной, часть ее хотела этого назломатери.

Натянув толстовку, Луна спустилась вниз. Как раз вовремя: она увидела в окно, как автомобиль матери отъезжает от дома.

Отец сидел за обеденным столом, допивая чай и читая работы студентов. Усевшись рядом с ним, она отломила от связки бананов один.