Книга Остывший пепел прорастает цветами вишни, страница 87 – Александр Нетылев

Хозяйка дома удовольствий улыбнулась прежней хищной улыбкой. Похоже было, что выговорившись, она почувствовала себя лучше.

— Ты понимаешь это. Это хорошо. Но ты не понимаешь другого. Если все, что он предлагает, это невесомый ветер, то говорит это в первую очередь о человеке. Ты говоришь, что мы с тобой доверились подлецам. Но главный наш грех не в этом. Главный наш грех в том, что мы доверились слабакам. Людям, неспособным позаботиться ни о себе, ни о других. И не потому что им не повезло родиться в богатой семье, совсем нет. Бедняк — это не о деньгах, это о характере. Даже если таким людям улыбается удача, в конечном счете они теряют все, что получили, — а расплачиваться за это нам, женщинам.

Она пожала плечами:

— Умение разбираться в мужчинах приходит только с опытом, милочка. У тебя его нет. Поэтому сейчас лучше доверься старой шлюхе и прислушайся к ее суждению.

Аосянь слегка покраснела, вспомнив, какое слово сама же употребила в запале. Сейчас, зная историю госпожи Фенфанг, она уже не желала унизить и оскорбить её.

Хотя и все еще не могла с ней согласиться.

— И что же говорит ваше суждение о том мужчине, в которого вы советуете мне вцепиться? — спросила она тем не менее.

И все же негодующая мысль промелькнула в её голове:

«Я бабочка, а не клещ!»

— Он знает вкус власти, — ответила госпожа Фенфанг, — И умеет смаковать её. Знаешь, милочка, мужчины, которым довелось узнать этот вкус, делятся на два вида. Для одних власть — это пойло, которым они заливаются до скотского состояния. Для других — коллекционное вино, которое они смакуют, наслаждаясь оттенкамивкуса. Так вот, тот мужчина, что хочет купить тебя, — из вторых. Поэтому для твоего же блага лучше произвести на него впечатление и очаровать его. Такие, как он, не продают своих женщин в публичный дом, — никогда.

Она тонко усмехнулась.

— Они или одевают их в шелка и драгоценности, или просто убивают.

К моменту, когда над экзаменационным двором забрезжили первые лучи рассветного солнца, там собралась уже небольшая толпа. Не менее сотни человек из различных провинций Западной Вэй топтались на площади, негромко переговариваясь между собой. Мао Ичэнь держался особняком. Он не заводил ни с кем бесед, — и никто не заговаривал с ним. Да и что сказать, изрядно выделялся из общих рядов Король Демонов. Его одежды были гораздо дешевле, чем у большинства присутствующих, да и белые волосы уж слишком бросались в глаза. Не стал он надевать и те из украшений, что еще не отнес в закладную лавку, ибо счел, что если молодой господин Цзюй опознает их, может выйти конфуз.

Поэтому на фоне сыновей благородных семей он выглядел почти как простолюдин, — да только глядя на его гордую позу и высокомерный взгляд, никто не посмел бы сказать подобного вслух.

Это противоречие, эта невозможность опереться на единый шаблон беспокоила людей и побуждала инстинктивно держаться от него подальше.

Демона это вполне устраивало.

Среди собравшейся толпы зоркий взгляд лиса высмотрел молодого господина Цзюй Юаня, окруженного небольшой стайкой сверстников. «Великий охотник» вел себя шумно и бравировал своим неизбежным успехом, но несложно было заметить, что под этой маской скрывается нервозность. Мао Ичэнь сдержал усмешку. В юности лис непременно сделал бы пару-тройку мелких пакостей, чтобы человек, посмевший хвалиться своей выдуманной победой над ним, привлек к себе внимание и ушел с экзамена с позором. Сейчас… он находил это ниже своего достоинства.