Книга Остывший пепел прорастает цветами вишни, страница 221 – Александр Нетылев

Король Демонов приподнял бровь в деланном удивлении.

— Приглашение? Занятно, я не получал его.

— Его доставили в ичжань сегодня днем, — хмуро пояснил Сыма Ланг.

— Ах, в ичжань… Я не был там с самого прибытия. Можете считать это моей похвалой красоте и богатству вашего города.

Сыма Ланг выдохнул, стараясь успокоиться.

— Вы пытаетесь выдать себя за пустого повесу, заинтересованного лишь в красоте и удовольствиях, — сказал он, — Но это маска. У вас есть скрытые мотивы.

В первый раз за разговор Демон-Лис посмотрел прямо на собеседника, и тот вздрогнул, заглянув в его алые глаза.

— А кто спрашивает меня о них? — спросил Мао Ичэнь, — Сыма Ланг? Или Сыма Хонфэй?

Сын магистрата нахмурился в непонимании.

— Мои мотивы и мотивы моего отца полностью едины между собой, чиновник Цзянь. Абсурдно предполагать обратное.

— Печально, если так, — вздохнул Ичэнь, — У человека должны быть свои амбиции. В этом нет ничего дурного или постыдного, господин Сыма. Напротив, амбиции, желания, страсти, — это то, что делает нас живыми.

— Вэйан, — подала голос Аосянь, — Они вот-вот продолжат.

Он крепче прижал к себе наложницу, — явно, демонстративно.

— Посему давайте оставим этот разговор, господин Сыма. Все то, что ваш отец желает передать мне через вас, он с тем же успехом может написать в письме.

— Вы оскорбляете меня, чиновник Цзянь? — спокойным тоном спросилсын магистрата.

— Да, — согласился Ичэнь, — Оскорбляю. Спасибо, что заметили.

Демон-Лис перевел взгляд на сцену, где рабочие в темных одеждах как раз расставляли декорации, — соответствующие уже Земному Царству, а не Подземному.

Какое-то время Сыма Ланг молчал, и как ни старался он держать невозмутимое лицо, опытному наблюдателю нетрудно было заметить разрывавшую его сознание внутреннюю борьбу.

Наконец, гордость уступила.

— Те мятежники, о которых отец писал императорскому двору, всегда были чумой этих земель, — сказал он, тоже обернув взгляд к сцене, — Но по-настоящему набрали силы; стали настолько опасными и настолько… дерзкими, что отец впервые заговорил об их реальной угрозе, они меньше месяца назад.

— Ваш отец писал об этом в своем донесении, — отметил Мао Ичэнь, — Вам вовсе ни к чему повторять это мне сейчас. Я прекрасно помню все ключевые детали.

— Но кое-чего в донесении нет, — пылко возразил ему сын магистрата, — Усиление недовольств совпало по времени с еще одним событием. Всего за пару дней до первого сообщения об исчезновениях людей отец взял в поместье новую наложницу.

Он промедлил, явно ожидая наводящих вопросов.

Ичэнь смотрел на сцену.

— Она обладает большим влиянием на моего отца, чиновник Цзянь, — продолжил Сыма Ланг, — Слишком большим. Порой мне кажется, что мой отец околдован ею.

Ничего не говоря в ответ, Мао Ичэнь вытащил из рукава свернутый рисунок и протянул его собеседнику.

— Что это?..

Сыма Ланг промедлил, но рисунок взял.

— Вы наверняка слышали о недавнем ограблении поместья Цзюй, — ответил Мао Ичэнь, — Слухи об этом потрясли всю столицу. Ужасная история.

Инь Аосянь криво усмехнулась, но не стала вмешиваться в разговор.

— …во время ограбления, — продолжал Демон-Лис, — Помимо золота, серебра и украшений из поместья похитили эту вещь. Охотничий трофей молодого Цзюй Юаня. Этот трофей предназначался в подарок Его Величеству…

Короткий поклон в сторону.