Книга Остывший пепел прорастает цветами вишни, страница 145 – Александр Нетылев

Правящая семья — это тот еще серпентарий.

Молча, незаметно Мао Ичэнь запоминал дорогу к дворцу второго принца. Также он считал время между проходами патрулей имперской стражи, отметив про себя их шаблонность.

Лишь один раз Демон-Лис не удержался и спросил:

— А что вон там, в той стороне?

Проследив его взгляд, дворцовый евнух безразлично бросил:

— Там гарем Его Величества. Дворцы жен и наложниц. Чиновник Цзянь, прошу вас не задавать праздных вопросов. Это неуместно.

— Прошу меня простить. Я издалека, и для меня многое здесь непривычно.

И видя, как презрительно скривил губы его провожатый, только что вслух не сказавший «провинция», Демон-Лис мстительно подумал, что не будет с ним деликатен.

Странным образом дворец наследного принца напоминал его собственный дом в пригороде. О, наблюдатель не вдумчивый и неглубокий не заметил бы между ними совершенно ничего общего. Помимо того, что дворец был на порядок больше размером, в противовес аскетичной обстановке дома в пригороде обставлен он был со сдержанной, выверенной роскошью. Ярко освещали помещение многочисленные свечи в золоченых подсвечниках. Устилали пол дорогие ковры. Мебель из красного дерева была вырезана искусными ремесленниками, а висевшие на стенах картины принадлежали кисти самых именитых художников Западной Вэй.

И вот в этом-то и крылось сходство. Тщательно выверена была эта роскошь — выверена не сердцем, а умом. На стенах красовались картины, потому что должны были там быть картины, — но ими никто и никогда не любовался.

На стул, на котором сидел принц Даомин, ушли многие часы труда резчика по дереву, но непохоже было, что для принца он хоть немного отличался от обычной табуретки.

— Скажи мне, Цзянь Вэйан, — не отрываясь от текста, который читал, приветствовал его принц, — Если вдруг пойдет дождь, что ты будешь делать?

Его Высочество явно намекал на действия Ичэня по время дворцового экзамена. Тогда принц явно оценил гибкий ум соискателя и взял его на примету.

Ичэнь заметил это, — и не сомневался, что и принц знает, что он заметил.

— Радоваться, Ваше Высочество, — коротко ответил Демон-Лис.

Вот теперь принц Даомин поднял на него бледно-голубые глаза.

— Радоваться? — переспросил он.

Король Демонов кивнул.

— Да, Ваше Высочество. Дождь — это повод для радости. Засушливая весна сулит неурожай, а в условиях упадка торговли неурожай ведет к голоду. Если же дождей будет достаточно, то этой осенью мы сможем наслаждаться изобилием на наших столах. Поэтому да: если пойдет дождь, то я буду радоваться.

Принц Даомин слегка нахмурился. Затем кивнул с пониманием, — но с каким-то неправильным пониманием.

Как будто он понял это в теории, но практика была ему недоступна.

— А тогда, когда дождь пошел во время дворцового экзамена, — задал уточняющий вопрос он, — Вы радовались?

Лишь на секунду Демон-Лис задумался над ответом.

— В основном я досадовал. Мое восприятие несовершенно и подвержено фактору расстояния. В тот момент мои мысли были посвящены моей работе,которую капли дождя легко могли испортить, если не принять меры для их защиты.

Он поднял взгляд на расписной потолок дворцовой приемной.

— К счастью, сейчас мы под крышей, и ничего легко промокаемого у меня в руках нет.

После чего, снова переведя взгляд на принца, добавил:

— А еще к счастью, именно этот дождь помог мне обратить ваше внимание на мои таланты. Разве не так?