Книга Остывший пепел прорастает цветами вишни, страница 136 – Александр Нетылев

— Это ведь ты заставил убийцу признаться.

Это был не вопрос, это было утверждение.

Мао Ичэнь пожал плечами и пригубил вино.

— Ты остановил его, — продолжала Аосянь, — Спас всех его будущих жертв.

Он снова пожал плечами:

— Простенькая иллюзия. Ничего больше.

Однако Бога Войны было не так легко сбить с толку.

— И теперь эти люди славят Цзюй Юаня, — только потому что именно ему Фань Йинпен признался в преступлениях. Ведь других заслуг в этом деле у него нет?

Отставив чашу, Ичэнь искоса посмотрел на девушку:

— Не все ли равно? — спросил он.

— Не все, — отрезала Аосянь, — Тебе ведь больно.

Он отвернулся.

— У меня все в порядке. Просто потратил много ци сегодня. А до этих смертных мне дела нет.

Аосянь покачала головой:

— Ты не умеешь врать.

Вот теперь Мао Ичэнь изумленно воззрился на неё:

— Я Демон-Лис!

— Я знаю, — пожала плечами девушка, — И ты мастерски играешь словами. Но когда пытаешься врать, у тебя шевелятся уши.

В неосознанности Ичэнь схватился за уши, — и тут же раздраженно тряхнул белыми волосами:

— Ты думаешь, я стану рыдать над тем, что кто-то не оценил моих заслуг? Брось. Мнение этих смертных не стоит того. Награды жаль, конечно, но об этом беспокоиться нечего. В мире смертных деньги легко достаются и легко уходят.

— Дело не в деньгах, — серьезно ответила Инь Аосянь, — Дело в справедливости.

Король Демонов расхохотался:

— Справедливость? Серьезно? Моя милая феечка, в этом мире ты пробыла всего пару дней — и оказалась в борделе. Сейчас ты вынуждена пользоваться гостеприимством злейшего врага, — потому что больше тебе просто некуда идти. Тебе, сокрушившей Короля Демонов и спасшей Небесное Царство, не на кого надеяться, кроме меня. И при всем при этом ты до сих пор веришь в справедливость?

— В мире много несправедливого, — не изменилась в лице девушка, — Во всех Шести Мирах. Но это не значит, что мы не желаем, чтобы справедливости было чуть больше.

Мао Ичэнь покачал головой:

— Это все ерунда. Справедливость.Честь. Дружба. Тепло. Любовь. Это все точно такие же иллюзии, как те, что творю я.

Инь Аосянь слегка дрогнула.

Но все же задала вопрос:

— Разве когда ты пил тот чай, что я приготовила для тебя, ты не чувствовал, как он согревает тебя изнутри?

Демон-Лис склонил голову набок:

— Разве сегодня днем Фань Йинпен не чувствовал, как призраки его жертв одолевают его? — вопросом на вопрос ответил он.

Инь Аосянь поднялась с места. Она могла бы продолжать вести спор, приводить аргументы. Но понимала она, что это бесполезно. Мао Ичэнь нуждался в её помощи, невооруженным глазом видела она ту боль, что он не желал признавать.

Но слишком горд он был, чтобы с этим согласиться.

Бог Войны прошла в дом — и вернулась, неся два меча. Один из них так и держала она в руке, другой же бросила к ногам Короля Демонов.

— Тогда дерись.

Мао Ичэнь удивленно оглянулся на меч, а затем медленно перевел взгляд на девушку. Уголки губ его приподнялись в сардонической усмешке.

— Выбираешь момент, когда я истратил практически все свои духовные силы. Весьма мудрая стратегия, Бог Войны.

— Ты их каждый день тратишь практически все, — отмахнулась она, — То на мое спасение, то на спасение Лоу Синь.

— Ты права, — хмыкнул Ичэнь, — Не очень-то по статусу я их трачу.

И в следующее мгновение он сорвался с места. Смертный даже не успел бы уловить момент, когда его клинок покинул ножны.