Книга Мой злейший лучший враг, страница 7 – Лолита Стоун

Когда я закончила, в аудитории послышалось одобрительное шуршание — люди оценилине только информацию, но и умение держать себя в непростой ситуации. Алекс смотрел с новой смесью чувств: раздражение, которое сменялось уважением, а в конце — чем-то похожим на признание того, что он проиграл маленькую партию.

Но я знала: он не исчезнет. Он будет придумывать новые ходы. Моё главное подведение итога в этот день было в другом — мне не нужно было реагировать истерично или защищаться. Я могла использовать ум и спокойствие как своё главное оружие.

Вскоре первой заговорила преподаватель:

— Спасибо, Даша. Очень чётко и уверенно. Но обрати внимание: в выводе можно было бы сделать акцент на сопоставлении, чтобы мысль звучала завершённее.

Я кивнула и поспешно записала её слова.

Тут подключились и ребята.
— Мне понравился пример с Пушкиным, — сказал один из экономистов с группы Алекса. — Но можно добавить ещё что-то из современной литературы. Было бы нагляднее.
— А мне наоборот кажется, что примеров многовато, — заметила девчонка с первой парты. — Лучше два, но более развернуто.

Я выслушивала, записывала в полях тетради — и чем дальше, тем меньше ощущала злость на Алекса. В конце концов, его «подстава» обернулась для меня неплохой тренировкой.

После меня начали выступать остальные. Кто-то робко, кто-то уверенно, а мы все вместе давали обратную связь: что добавить, что убрать, где аргумент раскрыт не до конца. Атмосфера постепенно становилась рабочей, спокойной. Было видно, что преподаватель специально сделал занятие в формате репетиций, чтобы к зачёту мы вышли максимально подготовленными.

Я поймала себя на мысли: несмотря на Алекса и его дурацкие шуточки, сама пара была полезной.

После занятия Алекс подошёл ко мне не с очередной едкой репликой, а ближе к нейтральному тону:
— Ты умело выкрутилась — сказал он. — Ладно, это счёт в твою пользу сегодня.

Я кивнула, не улыбаясь:
— Счёт — это временно. Игра — на длинную дистанцию. И правила устанавливаем мы оба. Только помни: я могу играть не только словом.

Он кивнул и отступил. Мне оставалось понять одно: какие ещё правила он готов будет менять, чтобы выиграть? И насколько я готова менять свои, чтобы не проиграть.

Следующее совместное занятие началось обычно: аудитория, шум, тихие разговоры. Но уже через пару минут стало ясно, что Алекс готовит что-то особенное. Он не просто сидел рядом, а внимательно наблюдал за мной и Светой, словно считывал каждое движение, каждую мысль.

— Морковка, — сказал он, когда преподаватель отвлёкся на другой ряд, — а ты уверена, что твой анализ полностью верен? Может, стоит проверить факты?

Я не успела ответить, как он аккуратно, но заметно, перевернул несколько моих листиков с конспектом и набросками так, чтобы нужные страницы оказались внизу стопки. Листы разлетелись по столу. Его взгляд сиял победой: мол, смотри, теперь ты в ловушке.

— Ой! — выдохнула я, быстро собирая бумажки. — Экономист с большой буквы.

— Упс... Случайно, — протянул он с идеальной невинностью. — Но теперь у тебя есть шанс проявить ловкость.

Светка гневно стрельнула в его сторону, а затем чуть схватила меня за руку, помогая искать нужные листы.

Преподаватель вернулся, и я поняла: теперь внимание всей аудитории направлено на меня. Алекс тихо усмехался, словно наслаждаясь моментом, а я в голове быстро прогоняла все варианты, как выкрутиться.