Книга Берегись, чудовище! или Я - жена орка?!, страница 26 – Елена Амеличева

Положив рысь в ясли, взяла в руки собрата крошки — серого, почти черного, с острой мордашкой. Он суетливо завертелся и успокоился, лишь когда соска оказалась во рту. Но тут мигом проявилась натура зверенка: еда лилась мимо, он весь замарался, маленькая торопыжка.

— Вот Егозун ты и есть, — я рассмеялась, когда брюшко енотика надулось. — Типичный мальчишка!

После мы приступили к туалету. За неимением маминого языка приходилось мне влажной тряпочкой массировать им под хвостиками, чтобы малыши сделали свои детишки. После этого они, довольные и сытые, прижавшись друг к дружке, уснули на моих руках. И даже шаги Самайна их не разбудили.

— Спят? — спросил он, войдя в комнату и с улыбкой глянув на моих подопечных.

— Ага, — кивнула. — Аппетит отменный, по бутылочке выдули на раз. — Я вгляделась в его лицо. — А о чем ты с Дубиной спорил, что-то стряслось?

— Нет, — буркнул и напрягся, прислушиваясь к песне, что через окно лилась в комнату. — Но скоро стрясется. — Орк нахмурился и метнулся ко мне. — Чара, слушай внимательно!

Объяснить он не успел — дверь в избу распахнулась, и вместе с незваными гостями в нее влетела песня, которую старательно выводили женские голоса:

Он мне имя сказал, Души вместе связал. Он костер запалил, И похлебку сварил. Он мне имя сказал.

Голоса были нежными, сильными и протяжными, словно ветер, что пробирается сквозь щели в стенах. Песня звучала так просто, но в ней было столько смысла — обещание заботы, любви и верности. Я улыбнулась, и сердце на миг наполнилось теплом. Прислушалась, и слова проникли в самое сердце:

Он мне имя сказал И навеки связал, Он теперь мой супруг — Самый верный мой друг. Вместе с ним мы пойдем Жизни смысл обретем. Он мне имя сказал...

Переложив малышей в ясли, я встала, вышла к гостям и увидела странную процессию. Во главе шла седая орчиха, высокая и гордая, с тяжелым посохом в руках, украшенным резьбой и разноцветными лентами. Кажется, это была Леди — жена вождя. За ней шли соседи, женщины и мужчины, одетые в праздничные одежды, лица их были серьезны и полны решимости.

— Чара! — громко позвала орчиха, остановившись в шаге от порога, и огорошила, — сегодня свадьба твоя с Принцем!

— А может, не сегодня? — пробормотала сдуру, не зная, что еще сказать.

— Нет, мы довольно ждали, — важно провозгласила жена вождя, помотав головой. — Всем уж ведомо, что Принц тебе имя свое родовое молвил. Стало быть, выбрал в жены. И живете вы как муж и жена давненько. Пора узаконить ваше сожительство обрядом!

— Что делать? — прошептала, глянув на Самайна, что стоял мрачнее тучи.

Не сообщать же им всем прилюдно, что я столь же невинна, как в день своего появления на свет?

— Меньше болтать надо было, — прошипел он и заиграл желваками на скулах.

— Меньше тайн разводить надо было, — огрызнулась в ответ. — Почем мне знать ваши обычаи?

— Хватит шептаться, голубки, — вперед вышла Дубина. — Песнь брачная пропета. Теперь дело за малым — жениться пора!

— А если я… — набралась смелости пополам с наглостью и уточнила, — не хочу замуж?

— Почему? — седая орчиха выпучила глаза.

— Да глупая она еще девка, — поморщившись, начала торопливо объяснять ей Дубина. — Счастья своего не ведает.

— Имеет право не хотеть, — защитил меня Самайн.

— Ты-то хоть помолчи! — рыкнула на него сестра. —Сам из лесу девку притащил, дома у себя поселил, а жениться кто будет, я, что ли?