Книга Наследники. Выжить в Академии, страница 109 – Екатерина Шельм

— Ты знаешь из чего твой артефакт? Или мне рассказать?

— Буду вам очень признательна, сэр. — Со своей лучшей светской улыбкой ответила я.

— Твой прапрадед, или сколько там пра между вами? немножко поколдовал над ним, чтобы он казался деревянным, но дерево, даже зачарованное, не выдержало бы всё, что может этот малыш. Я видел, как ты проходила драрга на арене, он здорово его погрыз, а ему хоть бы что, — Хельда подошёл к пёстрой карте на стене, близоруко прищурился и повёл по ней пальцем. — Вот тут было месторождение, — ткнул он в пролив между Вестой и княжеством Деста. — Открыли при Коледе Жестоком. В истории разбираешься? — он строго глянул на меня.

— Правил тридцать два года, провел много спорных реформ в армии.

— Спорных? Да ты прирождённый политик, Церингер. Колед продлил срок военной службы для рекрутов на двадцать лет. Было десять, стало тридцать. Целая жизнь. И как тебе такое?

Я пожала плечами. Единственное, что мне хотелось — сбежать от не в меру болтливого офицера и его неприятных внимательных глаз.

— Когда я задаю вопрос,кадет, ты отвечаешь. Или думаешь мне заняться нечем?

— Нет, сэр. — Я встала по стойке смирно. — Просите, сэр. Мне кажется, это чересчур, сэр.

— Чересчур? Объяснись, кадет!

Смешно, но мне даже не пришлось напрягать память, ведь именно этот период истории я запомнила из уроков своего учителя особенно хорошо.

— Тридцатилетняя служба сделала солдат и офицеров полностью зависимыми от короля. У них не было дома, семьи, родни и друзей. В итоге Колед получил армию, которая умела и хотела только убивать, а не защищать. Когда он утратил способность содержать их на должном уровне, они быстро разбежались по другим князьям и странам. И ещё сколотили банды. В итоге тридцатилетняя служба стала ужасом для следующих двух поколений и экономической катастрофой для страны.

— И чем же, по-твоему, можно удержать армию, если не деньгами?

— Патриотизмом, я полагаю.

— Патриотизмом? — Хельда фыркнул. Кажется, мастера-тактика я бесконечно разочаровала.

— Морская руда так называли материал. — Хельда отвернулся к карте. — Морское железо. А из него делали морскую сталь, самый крепкий материал на свете. Только вот добыча уже лет триста приносит крохи, все уже сдались. Решили, нет её больше в нашем мире, кончилась. Лучшие клинки и артефакты все сплошь делали из морской стали. И ящик твой под этой деревянной ширмочкой из этой самой стали и сделан. Не думаю, что для тебя это новость, но ты молодец, что не треплешься об этом направо и налево. — Хельда кинул на меня взгляд через плечо. — Мы обыскали все побережье, надеялись найти ещё жилу. — Его рука скользила по проливу на карте. — Дестонианцы просеяли всю свою береговую линию и выловили последние крохи. На чайную ложку от силы насобирали. — Хельда постучал пальцем по карте. — Но сейчас ходят слухи, что они нашли огромные залежи. Пока так, рыбаки болтают, а они то морскую владычицу увидят, то русалку с тремя хвостами. Но как ты думаешь, Церингер, что будет, если новая жила морской руды всё же существует?

Я поддёрнула швабру.

— Полагаю, будет война.

— Правильно полагаешь. И лучше бы нам в ней победить, не так ли?

— Разумеется, сэр. Я могу идти?

— Оставишь мне свой артефакт? Хочу его исследовать.

— Прошу прощения, сэр, но это фамильный артефакт. Он у меня только на время. Любые подобные просьбы можете адресоватьмоему отцу.