Книга Смертельная жара, страница 120 – Патриция Бриггз

Анна даже не могла заставить себя произнести эти слова. И Чарльзу пришлось сказать ей правду.

— Я не знаю. Наверное. — Он поцеловал ее в макушку и понял, что успокаивает не только ее, но и себя. — Но мы остановили его, и она вырастет сильной. Ее родители позаботятся об этом. И она стойкая.

Аметист ухватилась за него обеими руками и держалась, потому что знала, что он защитит ее. Она хотела, чтобы все было хорошо.

— Она выживет, Анна. Он не победит, мы его поймали. Пусть человеческая система правосудия сделает все, что сможет. Когда он сбежит, я буду преследовать его до края земли, если придется.

Это были банальные слова, хотя он говорил серьезно.

Как ни странно, именно их нужно было услышать Она сделала глубокий вдох и сказала:

— Да. Именно так. Как же повезло миру, что ты в нем есть. — Она отстранилась, вытерла глаза и улыбнулась ему.

Чарльз не понимал, что она имела в виду. Он был убийцей с окровавленными по локоть руками. Но он был необходимым злом. Может, она имела в виду именно это.

— Часть решения, — сказала она. — Мой отец всегда говорил, что нужно быть частью решения, а не частью проблемы. Ты всегда часть решения.

— Решения чего?

— Чего угодно. И всего. — Она улыбнулась шире, а потом улыбка исчезла. Когда она заговорила снова, ее голос звучал абсолютно серьезно. — В мире есть зло, Чарльз, ты и сам это знаешь. Но эти люди? — Она махнула рукой в сторону оживленного движения на дороге, рядом с которой они стояли. — Эти люди понятия не имеют, что там. И благодаря тому, что ты рядом, они этого не знают, потому что ты обеспечиваешь их безопасность. Ты, и Бран, и Лесли, и Лидс, и Марсден тоже. Но в основном ты. Там, где ты, есть и надежда. Надежда на то, что добро всегда восторжествует. — Она сделала глубокий вдох и выдохнула. — Я хочу от тебя ребенка.

У него внутри все сжалось. Он не знал, сможет ли вести этот разговор прямо сейчас, когда его рубашка все еще оставалась влажной от слез Аметист, а в носу все еще стоял запах смерти.

Анна отвернулась от него, покачиваясьна пятках. Он подумал, не собирается ли она сбежать. Или она хотела бы вернуться в прошлое, когда не знала о зле в мире.

— Кажется, я понимаю, — тихо промолвила она, по-прежнему стоя к нему спиной. — Ты знаешь, что здесь происходит. Ты думаешь, что если у нас будет ребенок, то зло придет за ним. Ты видишь ребенка как заложника судьбы. Как там Шекспир сказал? Зло всегда преследует невинных, Чарльз. Но под твоей защитой любой невинный ребенок будет в полной безопасности. Ты принес надежду в мой мир, когда я уже сдалась.

Она повернулась к нему и снова вытерла слезы со щек. Она помедлила и, распахнув глаза, осторожно вытерла его щеки.

— Но я видела тебя сегодня, — прошептала она. — И думаю, что ты ошибаешься. Твой ребенок был бы самым защищенным человеком во вселенной. Но я больше не стану давить на тебя. Я видела выражение твоего лица и знаю, почему ты боишься. Ты испытал сильную боль из-за нее. Все в порядке. Мне не нравится, как эта дискуссия повлияла на наши отношения. Просто, когда будешь готов, дай мне знать, хорошо? Не жди до бесконечности.

Дети умирают, подумал он. Он был уверен, что не произнес их, пока Анна не встала на цыпочки, ожидая, когда он наклонится к ней.

Когда Чарльз наклонился, она поцеловала его сначала в нос, а затем страстно в губы.