Онлайн книга «Семь моих смертей»
|
Опасные мысли. Они заставляли меня поверить в возможность другой жизни. Но Брук был ещё жив, жив и опасен. И жива Марана, которой нужен «крысёныш» Ривейна Холла. Жив Каллер, о котором я вообще ничего не знаю. В темницу Декорба пропустили беспрепятственно, стоило ему только приспустить капюшон, никаких объяснений не потребовалось, я же шла рядом с ним, опцстив голову, и моей личностью, похоже, никто не заинтересовался. Полномочия принца во дворце были практически безграничны. *** - Норг, это снова я, – говорю, стягивая капюшон. Брук замирает где-то за моей спиной. Вряд ли он видел некроша раньше. – Здравствуй. Медленно подхожу ближе и протягиваю ему ладонь, неокровавленную, целую. Осторожно касаюсь щеки. Бесстрашна – и безрассудна. Бесстрашный, безрассудный, безумный план. То, что я замыслила, отвратительно. Противно небу и высшим богам, хоть и не все верят в их безусловное могущество и вообще существование. А самое главное, что отчего-то стыдно перед этим существом, пусть мёртвым и не очень разумным, но всё-таки... Я собираюсь его использовать и использовать грязно, подло. Некрош вдруг прижимается щекой к моей ладони. Тёплые искорки разрывают холодную сероватую кожу. «Прости» - Клетка пустая, – недовольно говорит за спиной Брук. – Здесь ничего нельзя спрятать. - Должен быть тайник, – отвечаю я, не оборачиваясь. Острый коготь касается моего плеча, по руке ладонь некроша спускается вниз, на живот. Несмотря на некоторую двусмысленность жеста обнажённого существа, этот жест не говорит об угрозе или вожделении. Он… просто чувствует. Может быть, даже слышит. «Защити меня» - Как ты собираешься войти в клетку? – кажется, Брук нервничает, и его нервозность растёт. «И прости» Часть 5. - Эй, хватит там тискаться. Или такой, как ты, и мертвяк сгодится? – Брук распаляет сам себя. Он умеет говорить обидно и мерзко, и только сейчас я понимаю, что это скорее одно из средств манипуляции, чем его истинные чувства. Он задевает за живое и ловко пользуется этим. Выучился за годы существования фактически дворцовым призраком. – Знаешь, что я хочу больше всего на свете? Вырезать твоего ублюдка и швырнуть его Холлу под ноги. Держать себя в руках. Держать. Не срываться. - Вы сами подложили меня под Ривейна, а теперь меня же в этом обвиняете. Что-то вы нелогичны, Ваше Высочество. - А разве ты не рада? Слухи расходятся быстро, особенно по Гартавле. Здесь все всё видят… - Рада. Безумно. В отличие от вас, он умеет удовлетворить женщину. Будем говорить о регенте или о деле? Не нужно никуда входить, – отвечаю, не оборачиваясь, ровным голосом. – Рукой достать можно. Норг, убей его. Уничтожь, так, чтобы ничего не осталось. Не слышу шагов, но Брук явно шагает ко мне. Дальнейшее происходит мгновенно. Я берусь руками за два металлических прута клетки, мысленно настраиваюсь на их волну, запах, вкус, структуру и тяну в разные стороны. Металл подчиняется мне, как никогда, отзывчиво и быстро, прутья сдвигаются в стороны буквально на несколько микроскопических долей, но этого достаточно. Как и тогда, в самый первый день, когда некрош меня укусил, поделившись – оказывается! – своей силой, кости существа изгибаются, пластичные и мягкие, словно тёплая глина. Некрош просачивается между прутьев, как кошка, как змея, как призрак, а в следующий миг я слышу даже не крик – хрип, отпрыгиваю в стороны, чтобы брызги летящей во все стороны крови не забрызгали платье. |