Книга Семь моих смертей, страница 138 – Ефимия Летова

Он сжал мою руку уже двумя своими, словно отогревая, а я задумалась так глубоко, что на мгновение перестала вырываться.

- Никогда не думал, что буду вот так объяснятся перед женщиной и просить, – вдруг добавил Эхсан. Поднёс мою ладонь к губам.

- Но если это… – начала было я, пытаясь не спугнуть, облечь невнятную мысль в слова, и в этот момент дверь распахнулась – не просто распахнулась, буквально вылетела с треском. Ривейн стоял на пороге. Один, без стражи – во всяком случае, я никого за его спиной не заметила.

И он был очень зол.

- Марана, идите к себе, – проговорил Ривейн сквозь зубы, и, судя по всему, держать себя в руках стоило ему немалых сил. Я торопливо поднялась, не зная, что будет правильным в данном случае: сразу начать оправдываться, молча уйти с гордо поднятой головой или, может быть, позвать кого-нибудь на помощь, чтобы предотвратить смертоубийство с далеко идущими политическими последствиями.

На улице – небо уже чуть-чуть просветлело – меня ожидала донельзя перепуганная Фрея, и я сразу поняла, кто сдал меня Ривейну. И она поняла, что я поняла. Понурилась и поплелась за мной, словно на эшафот, даже не пытаясь сделать вид, что ни при чём.

«Если Эхсан его убьёт… так ему и надо! – зло подумала я. – Если бы он не был таким глухим упёртым чурбаном, я бы сама ему всё рассказала!»

Фрея с лицом, на котором проступала вселенская скорбь побитой ни за что собаки, сделала за мной шаг в мою комнату. За ней уже маячила Далая.

- Вон, обе, – сказала я. Подумала и добавила:

- Убирайтесь к Слуту.

…а если Эхсан его всё-таки убьёт? В его представлении это не будет подлостью, честная победа на дуэли за оскорбленное достоинство. В том, что Ривейн это самое горское достоинство оскорбит, да ещё и несколько раз и со всем усердием, сомневаться не приходилось.

Неожиданно для себя самой схватилась за вышивку. Пальцы перестали дрожать, но внутри я вся тряслась. И ждала Ривейна.

Помнится, Брук когда-то сказал, что если я признаюсь регенту, он не вышвырнет самозванку прочь, а попросту запрёт и будет на всякий случай продолжать попытки завести наследника. Тогда Ривейн был для меня незнакомцем… а сейчас? Королевская охота проходила всего полтора месяца назад. Сколько мы с Ривейном успели узнать друг о друге за эти полтора месяца? Капля в море. Мы по-прежнему были чужими друг другу, и всё происходящее по-прежнему отдавало чудовищным фарсом, пародией на нормальную семейную жизнь.

Я не верила в возможность откровенного разговора между нами.

Ривейн пришёл через час, когда я почти в кровь искусала губы и уже почти принялась за ногти. Против ожидания открыл дверь тихо, зашёл, встал у двери, разглядывая меня. А я посмотрела на него: следов увечий не наблюдалась. Может быть, я всё преувеличила, и они с Эхсаном просто поговорили по-мужскии мирно допили чай и доели мёд, к которому мы с ним так и не притронулись?

- Я жду ваших объяснений, – убийственно холодным голосом произнёс Ривейн, и я отложила вышивку, повертела в пальцах иглу.

- Два дня назад ллер предложил мне встретиться и поговорить. Дело было в его…

- Ах, он предложил, – медленно процедил регент, и я вдруг поняла, что ошиблась, полагая, будто он спокоен. Он не был спокоен, отнюдь. – Предложил, а вы тут же побежали. Ночью. Одна. Не сказав никому.