Книга Эльфийка-травница для дракона-циника, страница 3 – Лиззи Голден

Когда они остаются втроем ― он, Мирина и ее сын, Сайрен глядя ей в глаза, спокойно произносит:

― У вас есть полчаса, чтобы собрать вещи. Я прикажу кучеру отвезти вас в гостиницу.

Нежно-розовое лицо Мирины враз бледнеет.

― Но… ваш дядя… я… ― пытается она что-то сказать, а в глазах полное непонимание.

― Мама, все в порядке? ― к ней подходит Илай. До этого он толокся возле Сайрена и разглядывал узоры на его кольчуге, пытаясь потрогать пальчиком.

― Да, мой хороший, ― та пытается совладать с собой, но на лице полная растерянность и беспомощность. ― Господин Адрастин разрешит нам здесь остаться. Правда ведь?

В ее голосе звучит неуверенность, в ярко-голубых глазах ― немая мольба. Сайрен не собирается раскисатьни от чьих слезных просьб. Он уже все решил.

― Этот дом принадлежит мне по праву, ― холодно говорит он. ― А вы здесь живете, как госпожа, и это мне не нравится.

Плечи Мирины поникают. Она будто вся сжимается, желая быть поменьше и пониже.

― Я могу быть и служанкой, если захотите, ― тихо говорит она, опустив глаза. ― Я много чего умею и… не лентяйничала, пока жила здесь.

Сайрен какое-то время разглядывает ее. Ему не нравится это подобострастие и желание всеми силами остаться в поместье. Ему все в ней не нравится, а особенно ― эта покорная нежность и то, как она прижимает к себе сына и поглаживает по голове.

Он с раннего детства был лишен матери, которая умерла из-за нездорового образа жизни, а отца вообще не знал. Ничего удивительного, что дядя по материной линии не слишком был рад, когда надоедливый орущий младенец свалился ему, как снег на голову.

― У меня достаточно слуг, ― надменно произносит он, вспоминая ряд вышколенной прислуги, что встретила его в холле. ― Еще одна служанка, тем более с ребенком, мне ни к чему. Через полчаса кучер будет ждать вас у парадного входа. В карете я оставлю золотые ― их будет достаточно, чтобы жить целый год и не бедствовать. За это время вы легко найдете работу ― эльфийская магия очень ценится в лечебницах и лабораториях.

С этими словами Сайрен оставляет неприятную постоялицу вместе с ее отпрыском в холле, а сам идет с чувством выполненного долга в свою комнату отдохнуть от сложного дня.

Он все сделал правильно. Не выгнал эльфийку в никуда, обеспечил золотом на какое-то время. А если она такая проворная, как говорит, то быстро найдет себе место служанки в любом богатом доме, если в лечебницу ее не возьмут. Просто Сайрен не хочет видеть ту, которую по какой-то причине держал у себя дядя, а теперь еще навязал ему на шею.

Ровно полчаса он наслаждается тем, что этот дом теперь ― его. Что никакой дядя не будет скрипеть над ухом противным голосом, рассказывая, какой он никчемный дракон, что он ничего в этой жизни не добьется и что его место ― не на бойцовском факультете, а на факультете травничества, где сплошь обитают одни эльфы…

Ровно полчаса. А потом дом будто сходит с ума.

Кровать, на который он, развалившись, лежал, подскакивает на месте, становится ребром и сбрасывает его на пол. Паркетпод его ногами вздыбливается, как разъяренный зверь. Занавески завиваются в щупальца и хлещут его по лицу. Сайрен в ужасе выбегает в коридор, но и там не лучше. Пол продолжает гнать его вперед, лестница превращается в спираль. Когда Сайрен скатывается по ней, на него нападают две метлы ― и ну яростно колотить его по спине, плечам! Входная дверь нетерпеливо хлопает. Словно сама душа поместья, его стены и полы, возненавидели его. Его, законного наследника!