Книга Певчая птица и каменное сердце, страница 105 – Карисса Бродбент

Но вдали я слышала зов Атроксуса. Я потянулась к нему, и солнце утащило меня прочь. Бог был в дымке, он взывал ко мне далеко из-за завесы, разделявшей смертный и бессмертный миры.

«А’мара, у нас мало времени, – сказал он мне. – На горизонте сгущается тьма. Ты должна выполнить свою задачу».

Я хотела было возразить ему, что здесь, внизу, прекрасно, хотя и жутковато. Что очень многое еще можно спасти. Но ответить так – это все равно что предъявить черную отметину на душе, продемонстрировать Атроксусу слабость, которую я отчаянно пыталась скрыть.

«Обещаю», – промолвила я.

Бог поцеловал меня – а это значило, что следует ожидать нового ожога, – и я молилась, чтобы он не заметил вкуса крови у меня на губах.

Шли годы, и границы существования девушки очерчивались все более определенно. Церемония посвящения прошла на ее шестнадцатый день рождения – великое событие, обставленное с пышностью, украшенное золотом и драгоценностями и сопровождавшееся пирами. Когда эта церемония закончилась, девушка официально стала невестой бога солнца.

Несмотря на юный возраст, это вознесло ее к высшим рангам Цитадели. Она воспринимала свою роль серьезно: прилежно училась магическим наукам, отправлялась с миссиями во все более удаленные земли, находила все больше заблудших душ, склеивала все больше разбитых сердец.

Атроксус в ней по-прежнему души не чаял. Навещал каждые несколько месяцев, к восторгу всех жрецов. Всегда был с ней добр, радовался, когда она с легкостью исполняла поручения, которые он ей давал. В постели был деликатен. Девушка была ему за это благодарна, хотя невольно удивлялась: из-за чего столько шума?

– Как, и это все? – шепотом спросила она у своего друга после первой брачной ночи. – И ради этого люди нарушают клятвы и затевают войны? Стоит ли с этим так носиться?

Юноша густо покраснел.

– Тсс! – шикнул он, показывая на безоблачное небо. – Ему… может не понравиться, что ты так говоришь.

Но при всей доброте, которую проявлял к ней Атроксус, девушка никогда не забывала, кем был он и кем была для него она. И все остальные тоже об этом помнили. Иногда девушке казалось, что она ощущает в воздухе какие-то изменения, видит краем глаза некую тьму. Она сидела ночами напролет, вглядываясь во двор, выкладывала на перилах балкона семечки для вьюрков и шептала им: «Друзья, как вы думаете? Что будет?»

Ответ на ее вопрос пришел с появлением вампира.

Оно было обставлено с большой помпой. Шумиха у ворот поднялась такая же, как в тот день, когда в храме убили обращенного воина. Но эти крики оказались намного более ликующими. Тот мужчина много лет назад был одним из их братства. Этот же – просто монстром. Девушка побежала в церковь и увидела, как аколиты – и ее сестра среди них – повалили вампира на землю, вознося славословия солнцу. Вампира заковали в серебряные цепи, благословленные светом Атроксуса и укрепленные трудами Зраны, богини науки и познания. Цепи вплавились ему в тело, дым поднимался к витражному потолку. Вампир шипел и изрыгал слова, которых девушка не понимала, но не сомневалась, что это ругательства.

– Подношение Атроксусу! – воскликнула ее сестра, рухнув на колени перед алтарем.

Ее слова вызвали волну ликования.

Вампира, как позже объяснила сестра, нашли в нескольких милях к югу. Кто-то сообщил, что его там видели. Аколиты часто выходили на охоту за вампирами, но живыми их в Цитадель прежде еще не доставляли никогда.