Книга Станция "Глизе", страница 96 – Мария Лунёва

Всхлипывая, я пыталась взять себя в руки, но не могла. Так больно мне не было никогда.

— И были бы и косички, и платьица, — голос дяди Фуки охрип от эмоций. — И всё по-другому бы у нас было. И у меня семья, и у тебя. Но я сам своё будущее разрушил. Сам обрёк себя на одиночество. А ведь был шанс. Был. Прости меня, Эль. Как видишь, я так и остался никому не нужным трусливым дураком. Это карма. Наказание. И я его заслужил. То же ждет и Дэма. Одинокая старость. Мы сами её себе предрекли. Сами.

Вытерев рукавом футболки глаза, взглянула на него.

Нет, ни обида, ни злость никуда не ушли. Но пустота в душе стала больше. И столько сказать ему хотелось, но ни слова выдавить из себя не могла.

Он закивал, словно понимая это.

— Крас, я ещё раз спрашиваю, что происходит? — Зейн тихо бесновался за его спиной.

— Не видишь, у племянницы пытаюсь прощение выпросить за то, что бросил и скрылся, когда нужен был. Тебе такое, парень, не понять. Ты на такое неспособен.

— Да уж, куда мне, — Зейн фыркнул. — Ещё раз ты посмеешь довести мою девочку до слез — и сдохнешь. Я так-то вообще прощать не умею.

— Перестань, — пробурчала на него дрожащим от слез голосом. — Ты одеться забыл.

— Успею, — он сдвинул дядю Фуки чуть в сторону и присел рядом. — Успокаивайся. Не знаю, что он тут тебе до моего прихода наговорил, но слез оно не стоит. Или, если хочешь, я его прямо сейчас живьём в утиль спущу через медицинский отсек.

Я хмыкнула и покачала головой.

— Зря. Я ему с самого начала не доверял, — вопреки словам Зейн улыбнулся. — Мутный он. Даже специальность свою и ту не назвал. И кот у него странный. И вообще, что у нас за пределами корабля, Крас?

— Успокоилось немного. Я изучал схемы станции. Вспомнил вопрос нашей умненькой Эль о том, что здесь должны быть предусмотрены нештатные ситуации, и в том числе разлив топлива. Нашёл много интересного. Оставил тебе для изучения. В общем и целом, примерный план готов. Сырой, но обмозгуем. Но я уже сказал Эль, говорю и тебе: если всё пойдёт совсем плохо, я готов остаться здесь и держать шлюз открытым, пока вы будете улетать. Так что не спеши меня в утиль отправлять. Мою никчемную пустую жизнь можно продать и подороже.

Я покачала головой и опустила голову.

— Если то, что я слышал от тебя, Крас, правда, то ублюдок ты, конечно. За сестру я в огонь войду, за Эль в нём сгорю, но никогда, даже в страшном сне, мне не приснится, что я отдам племянницу или ребёнка, да хоть бы друга, в приют. Жилы рвать буду, но растить сам. Так что заслужил ты своего кота. Заслужил. Эль не смей задевать и палкой в её душе ковыряться. Раньше нужно было о ней думать. И сдохнуть здесь не вздумай. Ещё не хватало, чтобы она потом всю жизнь чувством вины мучилась. Мы поняли друг друга?

— Более чем, парень, — дядя Фуки кивнул, но вопреки словам снова притянул меня к себе и обнял. — Простименя, Эль. Я всю жизнь боялся этого разговора. Боялся увидеть твой полный слёз взгляд. Если бы можно было всё вернуть, я бы забрал тебя к себе. Оставил бы службу и вырастил как свою. Я же был твоим дядей. Я им был…

Мне больше нечего было сказать, наговорилась. Наверное, хуже уже ничего не могло случиться. Я закрыла глаза, чувствуя, как дрожь пробегает по спине. Мягко забрав меня у дядюшки Фуки, Зейн поднялся и сам сел в кресло, устроив меня на своих коленях. Его руки обхватили крепко, но нежно, словно боясь сломать.