Книга Брошенная драконом. Хозяюшка звериного приюта, страница 51 – Дита Терми, Эя Фаль

Я помнила, конечно, про «глушилку», и пока был подходящий момент, стоило попробовать убрать её воздействие на Торрина. Если я не вырву этот магический шип из сознания Торрина сейчас, он снова упадет в бездну боли. Что если моя магия могла справиться с этим?

Я прикрыла глаза, концентрируясь так, как никогда в жизни. Я нащупала нашу странную, вибрирующую связь с Торрином. Чужеродная магия артефакта ощущалась как гнилая заноза, она рвала нити его контроля, отравляя разум. Я не могла метнуть огненный шар, у меня не было боевых заклятий, но я была целительницей. Моя магия была предназначена для очищения.

Выскочив из-за искорёженного ствола, я протянула руки к мерцающему шару на его боку.Я не шептала формул – я просто вложила в этот жест всю свою волю, всё желание видеть его живым и целым. Из моих ладоней хлынул не просто свет, а чистая, звонкая волна, пахнущая озоном и ледяной водой. Свет ударил в шар. Артефакт затрещал, зашипел, как прижжённая змея, и вдруг рассыпался в пыль, как разбитое вдребезги стекло.

Торрин вздрогнул. Туман в его глазах мгновенно рассеялся, сменяясь ясным, пугающе холодным блеском. Он встретился со мной взглядом – всего на мгновение, но в этом коротком мгновении я прочла всё: и немую благодарность, и дикое облегчение, и приказ немедленно уходить. Гаррет уже нападал снова, разъярённый и ослеплённый жаждой мести.

Бой закипел с новой, ещё более страшной силой, и я поспешно отступила в тень деревьев. Теперь это была битва равных: израненный, но хладнокровный в своей ярости Торрин против бесноватого, ослеплённого гордыней Гаррета.

Именно тогда, когда я, затаив дыхание, следила за каждым взмахом их крыльев, на меня напали. Илария возникла словно из воздуха. Её тонкие, ледяные пальцы с силой впились мне в запястье, вырывая из состояния магического транса. Боль прошила руку, заставляя вскрикнуть.

– Куда смотришь, грязнуля? – прошипела она мне в самое ухо. Её прекрасное, кукольное лицо было искажено такой злобой, что казалось маской чудовища. – Твоему зверю уже никто не поможет. А тебе – тем более.

Она с силой дернула меня на себя, заставляя споткнуться.

– Хочешь, я расскажу тебе, каково это – сгореть от драконьего пламени? – её голос вибрировал от предвкушения.

Илария тащила меня к краю поляны, прямо под прицел наёмников, которые только и ждали знака, чтобы добить ослабевшего Торрина, стоило ему отвлечься на мою беду. Её план был прост и эффективен: убрать целительницу – лишить дракона сердца.

– Смотри, как он за тебя дерётся, – выплюнула она с гадливой, торжествующей усмешкой, кивая на Торрина. – Какая трогательная, тошнотворная картина. Брошенная жена и проклятый монстр. Идеальная пара для этой сточной канавы, которую вы зовете домом.

Я медленно повернулась к ней. Запястье болело, дыхание сбилось, но внутри меня вместо страха вдруг поднялось холодное, кристально чистое презрение. Я дёрнула руку и смогла освободиться от её захвата. Отступила на шаг. Посмотрела в её глаза, полные ненависти, и понялаодну простую вещь: она боится. Боится этой грязи, этого леса и той силы, которой у неё никогда не будет.

– Ты опоздала, Илария, – сказала я, и мой голос прозвучал удивительно твердо, перекрывая рев драконов. – Это болото уже выбрало сторону. И поверь мне, оно не любит незваных гостей.