Книга Жанна Ладыжанская и тайна трёх пицц, страница 24 – Оксана Иванова-Неверова

На шахматы Степанов сроду не ходил. Папе он эту тему прогоняет, очевидно, не в первый раз. И зачем воспитанному мальчику из приличной семьи, мальчику – капитану интеллектуальной сборной, кумиру двора, школы и вселенной… обманывать отца?!

По времени шахматный кружок как раз должен был закончиться. Это я знаю, потому что раньше один мой знакомый предатель Толик, бывало, присылал мне в личку смешной какой-нибудь мемасик с занятия.

Я забралась повыше – на башенку деревянного городка, и заняла себя медленным вращением по кругу. Если выбрать правильную точку обзора, можно увидеть много неожиданных вещей. Например, Андрея Степанова, вылезающего из-под забора парка развлечений. На зиму парк был закрыт, и, каким образом там развлекался Степанов, мне ещё предстояло узнать.

Не знаю, что испытал Степанов, увидев меня на башенке, но я совершенно точно очень-преочень искренне обрадовалась. Я начала уже замерзать на ветру, так что появление моего почти друга было как нельзя кстати.

– СТЕПАНОВ! – возликовала я. – СЮДА!

Он пригнулся, втянул голову в плечи и… не бросился меня встречать. А развернулся и затрусил по тротуару обратно к парку.

– По-до-жди-и! – Я скатилась с горки и на хромающей от удара ноге кинулась догонять Степанова.

Я успела как раз тогда, когда он припал к земле и юркнул под забор. Степанов, чтобы вы понимали, выше Лапшичкина, но значительно тощее. Так что ему не составило труда уйти от погони. Но не целиком.

– Стой! – Я схватила его за ногу. – Вы не можете так со мной поступать. Что за мания лазить под заборы?! Я же не…

Я взмахнула руками от недостатка слов, и степановская нога исчезла из видимости. Я не выдержала и зарычала. Из-под забора высунулась голова Степанова.

– Тсс! – велела голова. – Ты очень громко кричишь, Жанна.

– Закричишь тут, – огрызнулась я. – Чего вы всё время драпаете, как дети кукурузы?!

– Вы? – заинтересовался Андрей. – Ты ещё кого-то ловишь?

Он помог мне выбраться из норы со стороны парка и поправил шапку. Я отряхнула ладони, протянула правую Степанову и представилась официально:

– Детективное агентство «ЛаЖа». Моя фамилия Ладыжанская.

– Это я знаю.

Андрей смотрел на меня с недоумением, совсем как его отец.

– Знаешь? – удивилась я. – Тебе Толик рассказал, что я агентство открыла, или Полина-топ?

При упоминании Токаревой Андрей моргнул и оглянулся, словно ожидал её увидеть.

– Я… фамилию твою знаю, – сказал Степанов. – А про лажу какую-то впервые слышу.

По-моему, моя профессия его не впечатлила. Что ж, не будем отчаиваться, им с отцом придётся многое переосмыслить.

– Кстати, про Полину. – Я на всякий случай взяла Степанова за рукав куртки, чтобы не вздумал убежать. – Она первая заявила, что будет тебя защищать от бессмысленных подозрений. Но вопросик-то остался!

– Какой? – прищурился Степанов.

Он нервничал, этот мой будущий друг. Кусал губу, сводил брови.

– Кто, интересно знать, первый тебя обвинил? Кто высказал эти самые бессмысленные подозрения? Кто заварил кашу, ради которой Полина создала конкурирующую фирму и выживает с рынка детективных услуг честных профессионалов?!

Степанов всё больше обалдевал, и я поняла, что меня несёт.

– Не заморачивайся, – сказала я и чумихнула: – Что, не разрешает папа щеночка? Где он, кстати? Не папа – его я сегодня уже видела. Ты об этом поговорить хотел? Не о папе, конечно, – о нём и говорить нечего.