Онлайн книга «Другая жизнь Адама»
|
То ли долгая жизнь в подземных лабораториях, то ли виртуальные путешествия повлияли на мое мироощущение. Скорее всего, и то и другое, а может быть, что-то еще, скрытое и захороненное. Мы побывали в самых попсовых местах, которые ассоциируются с Парижем. Деньги кончались медленно, но разум кричал, что нужно создавать опору для своей жизни, банально искать постоянное жилье и работу, если мы хотим жить здесь и дальше. В венах пульсировал вопрос: «Теперь это моя реальность?» Человек, носящий в себе четырехспиральную ДНК, полученную от самого первого мужчины в мире, способный на неизведанное, теперь будет жить обычной жизнью в Париже? После разрешения себе хотеть во мне проснулся жуткий эгоизм, и его невозможно было заткнуть. Все нутро кричало, что дорога прекратила тянуться к горизонту, а все мои поезда уже умчали по другим рельсам. Я любил Ив. Смотрел на нее, поглощенный избытком чувств, но какая-то часть меня не принимала наше парное существование. Возможно, дело в том, что мы так и не разобрались, из каких миров пришли. Она искренне верит – по крайней мере, мне так кажется – в наше детство в приюте, а я верю в наше прошлое под землей. Кто-то из нас дурак. Или оба. Два сумасшедших посреди Парижа. Смахивает на романтическую новеллу, но жанр моей истории должен быть другим. Не знаю, какими мерками измерять свой возраст. Если я вышел из перинатального периода пятнадцатилетним юношей, судя по состоянию тела, то сейчас мне приблизительно двадцать шесть лет. Если считать чисто прожитое время, то мне всего двадцать. Но на сколько я себя ощущаю, сложно ответить. Мне легко было говорить со взрослым Гермесом, но я всегда чувствовал, что не такой мудрый, как он. Даже если учесть объемы моей памяти и способность воспроизводить любую информацию в голове в виде фильма. Глядя на Ив, я чувствовал, что я старше. Ее поступки были продуманными, но иногда слишком детскими. Управлять деньгами, например, она не умела. А наш быт был похож на подростковый бардак, ведь мы не умели ничего организовывать для себя. Ее история верна или моя – неважно, в обоих сценариях мы лишь неприспособленные к основам жизни дети. Вроде выросли, а все еще маленькие. Расплывчатые очертания нашей раздолбайской квартиры проступали медленно, пока солнце продолжало жечь мою щеку. Уже становилось больно, но вставать не хотелось. Ив еще не вернулась. Наверняка опять заснула в гримерке. Париж мы обозначили для себя отправной точкой нового начала. Сделали перезагрузку всех своих софтов. Кому нужна парочка странных приезжих, ищущих уединение и опору? Поселиться в Париже 2036 года теперь несложно благодаря специальным агентствам по переселению. Границы между странами очень жесткие, но, по законам недружественных контактов, чем упрямее забор, тем больше в нем лазеек. Юристы на черном рынке стали жить счастливо благодаря им. Агентства имели лицензии и предлагали помощь переселенцам в легализации во французских городах. Якобы все по закону и с долгими бюрократическими ожиданиями в лучших традициях Европы. В реальности – проворные руки сплетали запутанные сети, куда попадался чиновник, а дальше шантаж. Практически любой политик, руководитель корпорации, управленец или бизнесмен имел слабости. Кто из людей их не имеет? Но некоторые не справляются с ними, хотя запросы бывают невероятно извращенные. Один из представителей французской партии под названием «Drapeaux de changement»[10]мечтал увидеть спектакль, где японские девушки ритуально раздирают котов в оранжевых платьях с искусственными лисьими хвостами. После представления заказчик хотел устроить охоту – взять ружье и отправиться в погоню за мнимыми лисицами по заранее арендованному многоэтажному дому. Последнюю выжившую он собирался забрать к себе в сексуальное рабство. |