Книга Аркан смерти, страница 49 – Юрий Усачёв

Клуб приобрёл культовый характер и стал воспеваться в других произведениях искусства. Так, в Тель-Авиве появилось граффити «27 Club», написанное Итаем Фруминым, Романом Кожокиным и Джонатаном Кис-Левом. На изображении все семь участников клуба плюс неизвестная фигура. Некоторые исследователи музыкального влияния на общество и биографий различных исполнителей предполагают, что восьмой участник – это неизвестный, символизирующий свободное место в клубе. По версиям различных источников, в клуб зачисляют и множество других деятелей искусства, умерших в том же возрасте. Однако основными чаще всего признаются именно перечисленные семь музыкантов.

Оставшись в живых, обойдя тайный рок, могли бы подарить нам большие миры. Их творческое сокровище теперь погребено глубоко под землёй вместе с разлагающимися телами гениев.

Кто учредитель этого клуба и его содержатель? Бог, дьявол или сами участники? И действительно ли в нём есть свободное место с посмертным членством? Ответы зависают в траурном пространстве, а вдалеке звучит смесь неумирающих хитов умершей семёрки.

Под статьёй были отдельные фото музыкантов и граффити в Израиле. Все лица очень разные. Я слышал музыку этих исполнителей, она действительно перекликается только в упаднических мотивах явных тем или невидимых нитей, проходящих между строк и аккордов. Во всём остальном это объединение притянуто за уши. С другой стороны, не мне судить о правде на основе одной статейки из сомнительного источника.

Тем более эта теория не имела никакого отношения к моей истории! Жертвы самоубийств или терапии Эллы – это пока умалчивается – умерли ДО двадцатисемилетнего возраста, среди них не было ни одного музыканта и уж тем более культового персонажа.

По факту что имеем мы? Число 27 было выжжено на телах двух клиентов моего психотерапевта – Герора и Бланки. Про остальных ничего не известно. Теория была взята с потолка, но имела полупрозрачное очертание. А этот клуб умерших музыкантов – совсем не наша история. Хотя… Я – пишу песни, а имена участников уже звучали недавно.

Бланка Янковская часто напевала песню Курта Кобейна. Раз! На моём смартфоне сегодня по непонятной мне причине заиграл рингтон в виде песни Джими Хендрикса. Два! И?

Вспомнив о втором письме, пока мысли задним потоком пытались сложить странные пазлы, я вернулся в папку «Входящие». В адресной строке стояли пунктиры. Это больше похоже на спам, но алгоритм электронного ящика не был согласен. Клик, и письмо открыто:

«По-моему, я думаю слишком много», – говорила Дженис Джоплин.

P.S. Ты тоже много думаешь, может, лучше присоединишься к нам?»

Цитата ещё одного участника настоящего Клуба 27 и приглашение. Три…

Музыка. Мощное средство воздействия на сознание. Математически выверенная конструкция, бесконечная информация обо всём и ни о чём. Антипод тишины, без которого нет романтики, силы, удовольствия, депрессии и много чего ещё. Нанизанные на нотный стан, словно бусы, кружочки, линии и крючочки молчат на закрытых страницах. Они не существуют без человека. Им нужен проводник, который даёт им жизнь только при движении. Пальцы просто касаются клавиш или струн, и в мире сразу же тихо зарождается музыка.

Сколько себя помню, саундтрек каждого клочка моего дня сопровождал и изолировал меня от мира. Я шёл по улицам города в наушниках, как правитель великих энергий, чьё имя неизвестно. Это была личная тайна, которую знали только продюсеры из музыкальной индустрии. Собирать звуки и соединять их в живые мелодии дано не каждому. Наверно, меня поцеловал бог, если он существует.