Книга Завещание свергнутой королевы, страница 70 – Ольга Володарская

— Я тоже. Но у меня уже морщины, а я тебя младше на девять лет.

У меня морщин не было. И цвет лица оставался свежим. Единственное, что выдавало возраст, так это седина, которую я не закрашивала. Но если я надевала шляпку, мне не давали больше двадцати восьми.

А секрет мой был прост: я стала вольной. Раба не может выглядеть хорошо, особенно если она раба любви. Отдавая всю себя шахматам, я перестала терзаться и однажды поняла: все, свободна. И отметила это чаем с родины Раджеша. А затем написала ему очередное письмо, в котором выразила надежду на новую встречу. Мы оба мечтали о ней!

В Швецию мы отправились большой группой. Капиталистическая страна, значит, враждебная, опасная. Сопровождающих из Комитета госбезопасности было чуть ли не больше, чем спортсменов, представителей федерации и журналистов. Возглавил группу подполковник Мазур.

Для меня это стало неприятной неожиданностью, но не трагедией. Больше он надо мной власти не имел, и я могла легко дышать, играть, общаться с людьми в его присутствии. Без него было бы, безусловно, спокойнее, но глобально он мне жизнь не испортит.

Как же я была наивна, думая так! Глупа, недальновидна, неосторожна. Я отпустила Мазура, а он меня нет. Надо было помнить об этом, но… Мои мысли были заняты предстоящими соревнованиями и… встречей с Раджешем. Он собирался прилететь в Стокгольм, и не из Индии, а из Англии, где преподавал последний год в Лондонском университете.

Для той поездки я сшила несколько новых нарядов, накупила туфель и сумочек. Каждое мое появление на публике вызывало обсуждение. Иностранные журналисты приходили в восторг от стиля советской претендентки на чемпионский титул, а на приеме во дворце сам король мне делал комплименты. Мазура это равнодушным не оставило. В его почти мертвых глазах вновь начали вспыхивать искры восхищения.

Турнир я выиграла. Так легко, что самой себе удивилась. Впереди финал. На подготовку время есть, силы тоже. Я готова была обыграть действующую чемпионку. Стать настоящей королевой шахмат, а не первой фрейлиной при дворе. С таким настроем я шла на банкет, устроенный в мою честь Шахматной федерацией. Когда ко мне подскочил Мазур, я вежливо его поблагодарила за поздравления.

— Ваше величество, я в восхищении! — чуть ли не склонился передо мной он. — Позвольте мне быть вашим рыцарем?

Поскольку банкет проходил в старинном особняке, похожем на замок, это можно было принять за шутку. Я так и сделала, посвятив Эдика в рыцари не мечом, а своим клатчем.

— Белла, я серьезно. Хочу быть с тобой. Разреши мне это!

— Эдик, ты с ума сошел?

— Да. И давно, но понял только сейчас… Не ту сестру я выбрал.

К счастью, в этот момент к нам подошел председатель федерации и увел меня. Но Эдик продолжал следить за мной, не выпускал из виду ни на минуту. Дождавшись, когда он уйдет в туалет, я выскользнула из банкетного зала. За несколько часов до мероприятия портье сунул мне записку от Раджа. Он назначил мне встречу у фонтана «Европа и бык» на восемь вечера. Сейчас было уже начало девятого, и я опаздывала.

Раджеш дождался. Видя, как я тороплюсь, бросился мне навстречу. Мы сцепились глазами, и я поняла, что люблю его. И именно благодаря чувству к этому замечательному доброму мужчине я смогла избавиться от того, что меня губило. Мы не обнялись, когда сблизилась, это было бы неприличным, но взялись за руки. Сколько простояли так, не знаю, время будто остановилось.