Книга Завещание свергнутой королевы, страница 68 – Ольга Володарская

Я не обиделась, но отстранилась от них. Когда Кира растила малышку, я была на расстоянии. Эдик хотел очередного повышения и не давал мне покоя. Но я не только не хотела, не могла ему помочь. Дважды чемпионка СССР больше не принимала участия в соревнованиях. Она скучно жила в своей новой квартире, что государство выделило ей. Играла в шахматы для души, но не бесплатно. Все мои игры оплачивались. Международные особенно щедро. Поэтому я с радостью согласилась на встречу с индийскими шахматистами. Тем более что их группу возглавлял знакомый мне человек.

С Раджешем Кумаром я познакомилась по переписке. Советский Союз и Индия считались дружескими странами, поэтому контакты между гражданами не возбранялись. Он прочел обо мне в журнале и решил познакомиться. Письмо отправил на адрес редакции. Мне его перенаправили, и я ответила ему. Так завязалась переписка.

Раджеш оказался большим умницей. Он смог окончить не только школу, но и престижный колледж, хотя все члены его семьи едва умели писать. Кумар — фамилия, указывающая на принадлежность к низшей касте. Предки Раджеша прислуживали. Как его братья и сестры. И дети их готовились к этому. А он захотел разорвать порочный круг и сделал это.

А через полгода он смог прилететь в Москву с группой студентов-шахматистов.

Мы встретились на ВДНХ. Меня привезли, когда уже все были в сборе. Народу полно! Не только шахматисты, но и просто зеваки. Плюсом журналисты. Даже с Первого канала группа приехала. Я дала небольшое интервью, сфотографировалась со всеми. С Раджешем мы смогли пообщаться только после матча. Он единственный, с кем мы сыграли вничью, и, как я думала, это станет предметом разговора, но мы говорили обо всем! История, культура, кулинария. Радж учил меня приготовлению чая. Рассказывал о том сорте, что произрастает в провинции, где он родился. Нам не хотелось расставаться, и до гостиницы, в которой их поселили, мы пошли пешком. А за нами следовала машина сопровождения. Неудивительно, что Мазур узнал о моем несогласованном с органами контакте с иностранцем и на следующий день вызвал на ковер.

Не сразу я поняла, что в Эдике взыграли эмоции. Не любя меня, он ревновал. Хотел, чтоб я была только его. Естественно, он не говорил об этом, ни словами, ни взглядом, но я научилась его чувствовать. То, что он видит соперника в Кумаре, меня сначала посмешило. Да, он интересная личность, сильный человек, отличный шахматист, но среди моих друзей-приятелей все такие. Есть и холостяки, а Радж женат, имеет сына. И он живет в далекой стране, а я никуда из Москвы не уеду…

Но чем дольше я думала о Радже, тем больше понимала Эдика. Не такого, как он, я должна была полюбить, а похожего на моего индийского друга. Он светлый… Хоть и темный. Смуглая кожа, черные глаза, борода и тюрбан, а изнутри светится. У него добрый взгляд, искренняя улыбка. Он восхищается мной, но не так, как Мазур, иначе. Радж тот, кто будет биться за свою королеву, ничего не требуя взамен, а Эдик — биться с ней, чтобы победить и сделать своей пленницей.

Но все же я его любила. Мазохистски… Особенно страдая от того, что Эдик выбрал дамой своего сердца мою сестру. Будь на месте его жены другая женщина, я бы не видела их взаимоотношений и не мучилась бы, но я не могла не ходить к Кире в гости, особенно когда на свет появилась Лолочка. Как я ни старалась держать дистанцию, а семейные праздники никто не отменял. Проводились они обычно дома, в уютной обстановке. Кира хлопотала, Лола вертелась рядом, а когда начиналось застолье, трапезничала вместе со всеми, начиная с годика. Эдик, как специально, при мне был особенно ласков с женой и дочкой. Кира иногда жаловалась мне на него, говорила, что муж грубоват, бывает невнимательным, черствым. Он заботлив, надежен, но слова против не скажи. Однако как только порог квартиры переступала я, он становился шелковым.