Книга 19 студентов, 14 дней и Керженец, или Блогер в щучьей пасти, страница 29 – Мария Рутницкая

— Делать-то чего будем? — интересуется Наташка, которая тоже тут.

— Может, пойти им помочь? — к нам присоединяется и Даша, вылезшая из соседней палатки вслед за Кузиной и Шуминой.

— Вот уж нет! — строго заявляет Катька. — Они дежурные, и это их работа. Они и не думали нам помогать, когда мы этим занимались. Нужна помощь — пусть просят!

Мы все согласно киваем.

— Ого! А все еще интереснее, чем мы думали, — Наташа, оказывается, продолжала наблюдение, пока мы решали, что стоит предпринять.

Резко разворачиваемся и удивленно переглядываемся. Инна с милой улыбкой пристраивает котелки над костром.

— А что бы ты хотел сегодня на завтрак? — буквально мурлыкает наша королева, обращаясь к кому-то, стоящему под тентом.

Скос кухонной крыши не позволяет нам рассмотреть того, кто стал причиной такой резкой смены поведения у Васнецовой. Но это явно не Грэг. Тот как сидел за столом, так и продолжает это делать, хотя выглядит уже не таким несчастным. Видимо, забрезжившая надежда на завтрак подняла настроение и ему. Оля, как самая любопытная, приседает на корточки и громко шепчет:

— Там Глеб!

— О, ну все понятно! — ехидно заявляет Наталья. — Наша тигрица вышла на охоту.

— Что значит «чего ты хочешь», — неожиданно в процесс соблазнения вмешивается незаметно подошедший Игорь, — у нас меню все разработано и утверждено. Прошу самодеятельностью не заниматься! Васнецова, сегодня у нас — каша пшенная и бутерброды с мягким сыром. Шишкина, а ты чего отлыниваешь?

Авитино бормотание про сломанные ногти не производит на нашего сурового завхоза никакого впечатления.

— Дежурные, за дело! — грозно произносит староста.

Ослушаться его, когда он в таком состоянии, себе дороже. Это мы за четыре года учебы себе уже уяснили. Иначе замучает нотациями до полусмерти, и тогда любое дело будешь готов сделать, лишь бы он замолчал.

— Какой он молодец, — восхищенно произносит Ната, следя за уверенно печатающим шаг Игорем.

Я же слежу за Глебом. Он подходит к нашему завхозу, уважительно жмет ему руку. После чего с разбегу заныривает в реку. Смотрю, как красивоон рассекает воду. И похоже, за этим наблюдаю не только я.

— Васнецова, каша сейчас сбежит! — Игорь продолжает бдеть.

Похоже, завтрак у нас сегодня все же будет. Это немного поднимает мое настроение, испортившееся после Инкиных подкатов к нашему новому члену команды.

— Паш, а можно с вами? — пристаю я к другу после все-таки случившегося и даже вполне вкусного завтрака.

Дело в том, что наши рыбаки собираются в старицу. И не просто с удочками, а с бреднем — в надежде на улов карасей. И я не могу пропустить такое событие — вдруг дальше подходящих для такой рыбалки мест не окажется? А по моим воспоминаниям — так и есть.

— Я тоже хочу, — а вот и Катька тут как тут.

— И я, — Ирка.

Пашка недовольно кривится, но я знаю, что он уже согласен. Иначе бы просто сказал «нет» и даже разговаривать бы с нами не стал.

— Я подстрахую девчонок, — подключается к нашей компании и Сергей.

— Ну ладно, — неохотно соглашается Павел, — но чтобы сидели тихо. Не визжать. Не кричать: «Ну отпусти, он еще маленький», понятно?

Это уже камень в мой огород. Мы тогда еще только подружились. И я увязалась с деревенскими мальчишками на рыбалку. Так вот, они из-за меня ни одной рыбки домой не принесли — всех пришлось выпустить, потому что я рыдала в три ручья над каждой пойманной рыбешкой и просила отпустить. Я до того момента живых рыб только в аквариуме у подруги видела. А там — у каждой свое имя и история жизни, в подробностях мне рассказанная. Вот как таких можно есть? Меня потом года два на пушечный выстрел Пашка к рыбалке не подпускал, хотя я уже повзрослела и понимала разницу между аквариумом и деревенской рекой. Потом все-таки сменил гнев на милость. Правда, брать-то с собой начал, но подкалывает, зараза такая, до сих пор.