Онлайн книга «Дурной глаз»
|
Из вентиляционных решёток на панели в салон с чавканьем хлынула грязь, потянулась к Бекешеву жгучими протуберанцами. Навигатор расхохотался. Бекешев бился в кресле и выл. Бился и выл. И снова выл. А потом перестал. Но прежде, чем разум, а затем и жизнь покинули его, он успел заметить ещё одну странность. Машина больше не ехала. Она… ну… она как бы бежала. Неслась вскачь, как на коротких, кривых, разного размера лапах. Впрочем, Бекешев уже утратил способность удивляться. Скоро он утратил и все другие способности. *** Лика проснулась резко, словно её выдернули из сна. Растерянная, дезориентированная, оглядела гостиную, пытаясь понять причину внезапного пробуждения. Сквозь шторы сочился серо-синий свет раннего утра, придавая предметам чужой, диковатый вид. В этот момент снаружи раздался глухой сильный удар. Лика вскочила с дивана, на котором задремала, дожидаясь Бекешева, и, поправляя растрёпанные волосы, заспешила на улицу в одном халате и тапочках на босу ногу. Бараньи котлеты на столе в гостиной давно остыли и выглядели грустными. – Медвежонок? – позвала она, выйдя на крыльцо. Рассветный ветерок обхватил её икры холодными колючими руками: «Привет, вот и я, а следом за мной движется сентябрь, он неизбежен, лето оставило эти края навсегда». Она заметила «Пежо» за воротами и заторопилась навстречу вернувшемуся возлюбленному. На полпути от дома она остановилась. Что-то было неправильно с машиной. Совсем не так. «Пежо» качнулся и удар повторился. Затем автомобиль заворочался и приподнялся над землёй. Сквозь прутья калитки Лика разглядело нечто, напоминающее корни могучего дерева. Это нечто росло из левого бока «Пежо». Третий удар пришёлся по воротам, заставив их содрогнуться. Лика взвизгнула. Непонятым образом автомобиль поднялся над воротами, и лучи многочисленных фар – их теперь стало полдюжины, больших и маленьких, разных форм, разбросанных в беспорядке по рылу «пыжика», – пригвоздили девушку к земле. С четвёртым ударом вышибло ворота. Одна сорванная створка врезалась в стену дровяной баньки. Другая, кувыркаясь, прокатилась по газону, сминая голубые ёлочки, которые высаживал Бекешев, и давя садовых гномов. Автомобиль шагнул во двор. У него теперь имелись ноги. Коричневые, корявые, словно свитые из жгутов и сучковатых корней, одни длиннее, другие короче. «Пежо» вернулся. Лика попятилась, оступилась и шлёпнулась на зад. «Пежо» распахнул капот, точно выбравшийся из болота дракон – пасть. С деформированной крышки моторного отсека капала тягучая пузырящаяся пена. Из капота на весь двор разило мерзостью, как будто сумасшедший осквернитель перекопал экскаватором кладбище. Лика на четвереньках поползла к крыльцу. Автомобиль-монстр заревел. От этого воя, казалось, резонировала каждая деталь машины. – Бга! Бга-а! Бга-а-а-р-р-р! Лика услышала позади гул многотонных шагов и жестяной лязг. С небывалой для передвижения на четвереньках скоростью она влетела по ступеням и оказалась в доме. Она развернулась, чтобы закрыть дверь, и увидела за лобовым стеклом Бекешева. То, что от него осталось. В кресле водителя трепыхался скелет, опутанный нитями грязно-коричневой паутины. Лика захлопнула дверь. «Пежо» не остановился. Его ноги оставляли на лужайке глубокие ямы, крошили плитку, устилающую дорожку. Спутанная бахрома из слизи трепыхалась под днищем. Крышка капота открывалась и закрывалась. «Дворники» били по воздуху, как антенны жужелицы-переростка. Передняя дверь со стороны пассажира распахнулась, и из салона вывалилась узловатая изломанная лапа, состоящая будто из переплетённых вен и артерий. Тоже коричневая. |